Выбрать главу

Карина Фарузовна, помолчав некоторое время, задумчиво сказала: « Все, что лежит на поверхности, не всегда является истиной. Оставьте документы, и я по ним поработаю. А завтра мы с вами созвонимся и договоримся о встрече». Попращавшись с хозяйкой, Игорь со Стасом поехали в офис.

- Какие же мы дураки, надо было хотя бы тортик купить, - с укоризной проговорил Стас, и исподволь посмотрел на Игоря.

Тот не прореагировал на его слова. Костецкий мысленно перебирал всех, кто мог бы встать на его пути. Может ли он полностью доверять Стасу? Приятелю, с которым они делили последнюю краюху хлеба в студенческой жизни. «Но это было тогда, а сейчас другие времена и мы меняемся» - подумал Костецкий, ругая себя за то, что после смерти жены он распустился, обабился, перепоручил все сделки Дремину, а сам отстранился от управления компанией. «В бизнесе никому доверять нельзя» - так говаривал отец. Игорю так не хватало отца, его жесткой и звериной хватки, такой, что могла бы оторвать башку любому, кто покусился бы на его детище.

Приехав в офис, Игорь вызвал к себе Вениамина Петровича и дал задание провести внешний аудит компании, получить окончательный вердикт о финансовой состоятельности его фирмы. Завод старенький, оборудование также не мешает обновить, но прибыль была постоянной, а на большее Игорь не рассчитывал. Сделка на строительство малоэтажного дома в Подмосковье тоже под вопросом. Вся проектная документация находится в градостроительном департаменте, разрешение практически получено, но все может сорваться в любую минуту. Ничего не придумав, с тяжелыми мыслями и плохим настроением Костецкий вызвал машину, собираясь ехать домой.

В доме было спокойно и тихо. Сонечка играла с Тиной в своей комнате, они о чем-то шептались, и смеялись. Чувствовалось, что няня пришлась по душе маленькой хозяйке. Игорь, видя счастливые глаза своей дочурки, сам стал понемногу оттаивать и приходить в себя. «Ведь ровным счетом ничего же страшного не произошло – уговаривал себя Костецкий – перестань паниковать, соберись!»

Заметив вернувшегося отца, Сонечка вскочила и подбежала к нему.

- Папочка, мы с Тиной поедем завтра в город за покупками, мне надо куколкам сшить платьица, - крепко обнимая отца, - радостно сказала Соня.

- Хорошо, поезжайте!

Игорь посмотрел на Тину с благодарностью, он давненько не видел свою дочь такой жизнерадостной и счастливой. Эта няня, словно волшебная фея, проникла в его дом, осветив его теплым светом и добротой. Почувствовав на себе его взгляд, Тина невольно смутилась, какая-то внутренняя обжигающая волна поднялась в ее душе, стремясь снести все барьеры и обнажить ее женскую сущность.

Утро выдалось на редкость ясным и теплым. Тина лениво нежилась в постели, радостно предвкушая предстоящую поездку с Сонечкой, к которой она так крепко привязалась и душой, и сердцем за это короткое время.

В комнату без стука вбежала девочка.

- Тина, я уже готова, а ты еще спишь, - задорным голоском сказала Соня.

- Я как раз собиралась вставать.

Свесив ноги на пол, Тина встала и пошла в ванную. Приняв наскоро душ, она оделась и вышла в гостиную. Анна Никитична готовила завтрак, а Игорь Николаевич еще не спускался.

- Доброе утро всем, - улыбаясь, сказал появившийся хозяин дома.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Папа – радостно закричала Сонечка – я очень хочу, чтобы и ты поехал с нами!

- Не могу, солнышко, у меня работа - ответил отец – хотя, пожалуй, я сам довезу вас до торгового центра, а потом заберу и отвезу домой.

Игорь Николаевич отпустил водителя, дал распоряжение приехавшему садовнику, очистить водоем от ила, и, довольный, в прекрасном расположении духа приготовился выполнять все пожелания своей любимой маленькой принцессы. Соня и Тина не заставили долго себя ждать. Тина была одета в летнее платье бирюзового цвета с васильками, волосы были просто собраны в пучок, открывая её длинную нежную шею. Сонечка в белом платьице и шляпкой на голове была похожа на ангелочка. Игорь поймал себя на мысли о том, что любуется Тиной, от нее веяло такой чистотой и душевностью, что он невольно стал сравнивать ее с покойной женой. Ему хотелось так сильно сжать ее в своих объятиях и никуда не выпускать.