Семен согласился, хотя сказал было, что на раскладушке ляжет он, но Женька резко возразила:
– Нет, у нас в дому так не принято. Ты гость, поэтому иди ложись давай, где сказали. А мне и на раскладушке хорошо.
Но не прошло и получаса, как дверь спальни тихонько скрипнула, и нагая жаркая Женька запрыгнула к Семену в постель.
Так состоялось это знакомство, быстро и незатейливо. А на утро, за завтраком с блинами, родители Женьки и объявили Семену:
– Раз уж вы так быстро сошлись, то давайте по-серьезному. Она у нас девка не гулящая, грешки, конечно, есть, но вот развратничать не развратничает.
Семен, пожалуй, так радикально бы не выражался после того, что он испытал с «целомудренной» Женькой прошедшей ночью, но, положа руку на сердце, повторить бы не отказался.
Он кашлянул, метнул быстрый взгляд на свою неожиданную невесту, которая очень откровенно, с надеждой в просящем взгляде взирала на него, и ответил:
– А я что, я не против. Евгения девушка видная. Если она тоже согласна, то я и по-серьезному могу. Я теперь свободен пока.
Последнюю фразу он сказал специально, чтобы хоть на ступеньку поднять свой мужской статус, да, мол, свободен теперь, а до этого… ну, что хотите, то и думайте.
Мать Женьки слегка напряглась при этих словах, но отец быстро выправил ситуацию:
– Он свободен, женат не был, алименты не платит, тут все чисто. Хороший мужик, Семен. Я за него ручаюсь.
Женька взвизгнула при этих словах и прыгнула растерявшемуся жениху на колени.
– Ну и все, чего тут разглагольствовать, да, мужичок-с- ноготок? Да не куксись, я шучу. Ты мне сразу глянулся, симпатичный. А рост в этом деле не главное, я тоже не верста коломенская. Вот только каблуки люблю. Придется тебе терпеть.
Женька и правда была невысокой, наверное с Семена ростом, ну а на каблуках, конечно, он до нее не дотянется. Но она права, это не главное. А что главное – Семен тогда как-то и не задумался над этим вопросом, памятуя о прошедшей ночи.
Молодые люди, казалось, были счастливы, обретя друга, и первое время их общение было радостным и беззаботным. Семена и его напарника всегда ждали из рейса с хорошим ужином, выпивкой и жаркой постелью. Его все устраивало, во всяком случае до тех пор, пока Женька вдруг не заявила:
– Мальков, а ты жениться-то когда собираешься? Родаки уже косо смотрят. К тебе папаня мой с этим вопросом еще не приставал?
Семен слегка опешил, и спросил первое, что пришло в голову:
– Какой еще Мальков? Я Тарасов, или это ты меня так дразнишь, от слова малёк что ли?
– Тю! При чем здесь малёк? Это певец такой есть, Дима Мальков. Он на тебя похож, такой же махонький, но на морду клевый.
– Не Мальков, а Маликов тогда уж.
– Пофиг, хрен редьки не слаще. Ну? Предложение руки и сердца я когда получу? Или мне самой тебе предложение делать?
Вопрос стоял ребром, да и Иван Савельевич уже не раз намекал, мол, Женька в девках засиделась, чего вы тянете, дочь мне не опозорь, и все в таком духе. Надо было решаться.
– Женя, я вот чего подумал-то, жить ведь нам негде. Ко мне же ты не поедешь?
– В твой мухосранск? Я что, полоумная, по-твоему?
– Ну вот, я и говорю, не поедешь. А на квартиру мне еще копить и копить. Если поженимся, придется нам съемное жилье искать. Ты как?
– Глазом об косяк! Какое еще съемное жилье? Я тут буду жить, ты все равно в разъездах, на хрена мне в чужом углу тереться!
Так и порешили. Семен сделал своей возлюбленной предложение, она сказала, что надо подумать, затем сходила на кухню, выпила стакан воды, посетила туалетную комнату и наконец вернулась с принятым решением:
– Ладно, черт с тобой, согласная я.
А после этого все закрутилось, завертелось. Женька с матерью вплотную занялись подготовкой к свадьбе, которую назначили на следующее лето: денег надо подкопить, чтобы и на свадебные наряды, и на ресторан хватило. И угощение должно быть знатным, гостей созвать, только самых близких, конечно.
Агриппина Федоровна, мать Семена, только руками всплеснула, узнав от сына, что тот собрался жениться.
– Ну и слава Богу! Я уж и не чаяла внуков дождаться. Привези Женечку сюда, мы хоть познакомимся. Хорошенькая? И имя такое славное, Женя. Скромненькая, наверное. Из простой семьи?
– Мама, ну я же говорил, она дочь моего напарника, а мама в торговле, так что семья простая. Скромненькая или нет, тут большой вопрос. Она сама себе командирша, с характером. Симпатичная, модная. Привезу как-нибудь, если согласится.
– А чем же она занимается? Где работает? – продолжала расспросы мать.
Тут Семен совсем осекся. Этот вопрос он как-то упустил из виду, когда готовился к разговору с мамой. Но все же нашелся быстро: