– Пока нигде. И не собирается в данный момент, ребеночка думаем сразу завести. Какой смысл устраиваться на работу, если вскорости в декрет идти. Так ведь?
– Ну да, правда. Но она профессию-то имеет какую-нибудь?
– Да, имеет, – ответил Семен, не придумав профессии для Жени, но тут к ним в дверь постучала пришедшая повидаться соседка, и разговор, к счастью, прервался.
После этого Семен старался обходить этот вопрос стороной, да и мама больше не приставала, видимо почувствовала неудобство сына.
«Значит, похвастаться нечем», – подумала она и отступилась.
А Семен в это время всерьез задумался о собственном жилье и о том, чтобы обеспечить своей будущей семье достойную жизнь. Он искренне надеялся на то, что с деньгами Женя оценит его по достоинству и не будет рассматривать, как мелкого, никчемного шоферюгу. И сама при деньгах почувствует себя более уверенной в жизни, хорошо обеспеченной молодой женщиной, женой успешного, а не бедного мужа.
«Нужно мне добраться до этих икон, глянуть хоть, что там такое? Хоть бы не попортилось бы добро за столько-то лет», – подумал Семен и в один из свободных дней, когда мать отправилась с соседками на базар, решил забраться в голубятню. Голубей своих они уже давно разогнали, еще до его ухода в армию, а голубятня осталась, ломать не стали.
Отец его не обманул. Семен нашел две приподнимающиеся доски в полу, а под ними и склад. Каждый предмет было аккуратно завернут в мешковину, и все покоилось между двумя толстыми клеенками, одна подстелена снизу, другая сверху.
Он нащупал первый сверток и вытащил его на свет божий. Это была икона и, по-видимому, очень старая. Древесина изрядно покоричневела, а лик святого сохранился неплохо, краски яркие, чуть-чуть, правда, потрескались кое-где и в углах облупились. Но это ничего, старина ценится даже с такими изъянами, он об этом по телевизору слышал.
«Начну с нее», – подумал воспрянувший духом Семен, прикрыл остальное добро аккуратно клеенкой и положил на место доски.
В следующий свой приезд будущий муж прибыл к возлюбленной не с пустыми руками: он привез ей «фирменный» плащ, высокие сапоги, очень модные, но самое главное – икону.
– Вот, смотри. Моему бате в наследство кое-что досталось. Но они с мамкой верующими никогда не были, поэтому сложили это все в сундук, и валяется у них. А я подумал, может продать? Сколько это может стоить, как ты думаешь?
Женька присвистнула, взяла в руки икону и сказала:
– Ну сотню баксов, как пить дать, а то и больше.
– Чего так мало? – изумился Семен. – Я думал нам на квартиру накопить, распродать все и, либо купить, либо хороший взнос сделать.
– В ипотеку? А потом горбатиться двадцать лет на эту халупу. Чего ты с этой квартирой, как заведенный. На черта она нужна, родаки-то не вечные. Лучше одеться по первому разряду, да по курортам всяким поездить, за границей побывать. Вон в Турцию какие путевки продают, туда только богатые и ездят. А из Турции можно барахла всякого на продажу привезти, куртки, плащи кожаные. И будет тебе полезное с приятным. Ларек на рынке возьмем. Ну? Соображай маленько, малёк!
Семену такие разговоры не понравились. Ему хотелось вложить деньги по-хорошему, чтобы с пользой для семьи, а не пустить все под откос, на шмотки, да разъезды. Нет, конечно, в Турцию можно съездить отдохнуть, тут Женька права, но вот ларек на рынке открывать ему совсем не хотелось. Чтобы замять этот разговор, он сказал примирительно:
– Все, решено. Медовый месяц проведем в Турции. Согласна? Вот только эту икону надо продать, но не продешевить.
И тут Женьку осенило, она вспомнила про свою сокамерницу Татьяну, которую иногда брат навещал. Девки к ней пристали, кто он, чем занимается, и она рассказала про его бизнес с антиквариатом.
– Все, я знаю, что делать. Мне надо одну бабенку вычислить, у нее брательник на этом деле собаку съел. Буду искать. Обязательно где-нибудь встречу, а нет, найду его лавку старьевщика, и прямо к нему. Не боись, мелкота! Со мной не пропадешь! – провозгласила Женька и хлопнула своего кавалера по плечу так, что он аж подпрыгнул от неожиданности.
С неделю помотавшись по городу в надежде встретить Татьяну Садовскую, Женька совсем было отчаялась. Город хоть и небольшой, не Москва или Питер, но вот так запросто человека встретить сложно. Где его искать? Женька была в торговом центре, и не раз, подходила к кинотеатру и даже к театру, но ей не везло.
И вдруг, в один прекрасный день, гуляя по центру города, она увидела ее и сразу узнала. Татьяна сидела за столиком в небольшом кафе, и Женька чуть не взвизгнула от радости.