Стоп.
******
Открывает глаза.
Мужской.
Трое ничтожества.
Дым с улицы.
Визг трамваев.
Сжимает кулаки.
Возбужденный. До предела.
– Я тебя, сука, в говне утоплю.
Захлебнешься, вылупок. Кровью будешь харкати.
В 38 он уже не дрочит.
Месть – лучший оргазм.
> ПРИМЕЧАНИЕ. Гетман планировал еще подержать В. Винниченко. Но вступился Д.Дорошенко, министр иностранных дел Скоропадского правительства (которого в свою очередь щедро попросил Чикаленко).
> ПРИМЕЧАНИЕ 2. Симона на белом коне видели два гения. Винниченко и Булгаков.
I. ОТЦ ИЗ ДОМА…
Август-сентябрь 1918г.
Создание Украинского Национального Союза (УНС)
Сначала умерла правая оппозиция. Николая Михновского. Гетман не услышал.
Затем Лева Умеренная. С Петлюрой. Скоропадский посадил.
Пришла настоящая левая.
Володя.
Пока Симона нет.
Никита был рядом.
Володя привлек УСДРП, социал-демократов.
Никита - УПСР. Социалистов-революционеров.
С ним был Евгений и Стрельцы.
Симоны земства уже там.
И почта с железнодорожниками.
А дальше.
Учителя.
Врачи.
Буковинцы.
Кирилло-мефодиевцы.
Загорались.
Не к Володе и Никите.
Не той бренд.
Не та торговая марка.
К имени Симона.
Петлюра сидел, но безразлично.
Даже союз юристов.
Которые до этого были при Гетьмане.
Именно они и легализовали УНС.
На деньги Чикаленко.
Все чисто.
Руководителем был Никовский.
В наследство от правой оппозиции и Шеметов.
Долго терпеть такое свинство Володя не мог.
В жопу такого "лидера".
Сам будет руководить.
Саймона больше нет.
Может, Божечка отнимет?
Святеника такого.
Стоит свечу в Софии поставить.
Чтобы сработало.
Пусть умрёт.
Володя ждал.
И готовился.
18 августа Никовский был устранен.
Главой УНС становится Винниченко.
Даже мир засиял по-новому.
Его портреты во всех изданиях.
Серьезные.
Строгие.
Чуб начесом.
Пламенно-социалистические брови.
На несколько недель Симонова морда исчезла из передовиц.
Формально УНС добивался от Гетмана обновления Кабинета.
Ввести украинцев.
Сейчас, кроме Дорошенко, сами москали.
Можно еще кого-то.
К примеру, Максима Славинского.
Никита в это время свое делал.
Он не о кабинетах и портфелях.
Решал вопрос.
Эффектнее.
Предпочтительно пулями.
Шаповал начал готовить вооруженное восстание.
Имел иммунитет от власти.
Симон выбил.
> ВЕРСИЯ М.ШАПОВАЛА
В сентябре 1918 г. я сговорился с А. Макаренко, ген. Осецким, полк. Павленко и Хилобоченко работать в направлении восстания. Этот план был решен тремя членами ЦК социалистов-революционеров (Григорьев, Лизановский и я). Затем в этот план был посвящен Винниченко, который сразу согласился на него.
> ВЕРСИЯ В. ВИННИЧЕНКО: Впервые я внес предложение на ЦК УСДРП о необходимости рассмотреть вопрос вооруженной борьбы с гетманщиной, оно просто было отклонено как фантастическое».
> ПРИМЕЧАНИЕ. Всю дальнейшую жизнь зачинщиком и организатором восстания Володя считал себя.
II. МЕДОВЫЙ МЕСЯЦ
Август – сентябрь 1918 г.
Дорвавшись до руля,
Володя погрузился в счастье.
Абсолютное.
Как после второго универсала. Когда Петлюре не дал министерство.
А сейчас. Еще лучше.
Его нет. Зато Володя повсюду.
На передовице.
На досках.
На столбах.
Однако.
Володя знал: мятеж все изменит. Балерину выпустят…
Надо жить по полной. Теперь.
При слюнявом [гетмане].
Чтобы вздрагивать.
От стыда и удовольствия.
"Роза! В тюрьме я понял. Без тебя я никто. Люблю тебя выше меры. Это наш медовый месяц"
Роза посмотрела.
Не поверила.
Но обнадежилась.
– Ты моя. А я – Твой. Других мне не существует!
– заявил Володя.
Стоя на коленях.
Утер скупую мужскую слезу белым манжетом.
Роза молча развела бедра.
– Нет, Кохо. Так дела не будет. Я слишком долго не понимал, что ты единственная женщина моей жизни.
Сегодня потерпи.
Завтра.
В гостиницу поедем. Я устрою.
******
В ОТЕЛЕ
Ресторан, красный бархат, зеркала в золоте. Белый офицерский люкс, гарсоны в перчатках.
На столе шампанское "Мумм", устрицы, фаршированные перепелиные яйца на шпажках, телятина с трюфелями. На стуле букет "веник" из багровых роз, огромный, как на похороны.
Володя на весь зал:
— Дамы и господа, эта женщина — моя единственная любовь!
Роза краснеет. Так давно этого ожидала.
Однако на пути к моногамии возникли преграды.
Юбки.
По дороге в туалет.
Едва взял себя в руки.
Вернее, и в руку не брал. Просто сбежал побыстрее.
Володя уже не лезет между чужих бедер.