Не сойдет с избранного пути.
Верности.
Победил соблазн.
Поднимаются в номер.
"Коха, тебя ждет незабываемая ночь!"
Роза медленно раздевается.
Куда торопиться?
Романтика, свечи, шелковые простыни. Приторная духота.
Идет в ванную.
Он врывается следом, резко разворачивает, гнет ее через холодный борт ванны.
Быстро одним движением. Упором в холодный чугун.
Входит мгновенно.
Колени ее возятся влажными изразцами. Дышит в шею: "Ты моя единственная."
Роза себе: "Это страсть. Сила любви".
А в постели все привычно.
Долго.
Очень долго.
Сверху и снизу.
Спереди и сзади.
С перерывами.
Она кончает несколько раз.
Он оттягивает свой единственный финиш.
Как и было.
Без Симона в голове не заканчивает.
«Хотя не изменяет – и хорошо».
******
Секса действительно увеличивается.
То, что летело у всех, теперь у нее.
Володя каждый раз требует:
то смены прическу,
то надень красный пенюар, с бантами,
то расцарапай спину до крови.
Роза выполняет.
Медовый же месяц.
Романтика.
"Хотя под других не вкладывает, чтобы смотреть". Роза этого не любит.
******
ДОМА
Ночь после заговорной сходки.
Володя пьян от величия.
Герой революции.
Создатель истории.
Лицо пылает, глаза чернеют.
Роза в кружевах.
Встречает любимого.
Становись на колени.
Здесь. В коридоре.
Пряжка сверкает.
Ремень расстегнут.
Любовь стоит крепко.
Уже не давит.
Вот Роза. Держи.
— Докажи, что ты моя. Немедленно.
Не крути головой.
Не думай.
Бери свое женское счастье.
Не удавись.
Чем глубже, тем лучше.
Полностью.
Работай давай.
Держи ритм.
Что с тебя еще взять, женщина.
К политике ты не годишься.
Роза проглатывает липкое унижение.
Будь как будет.
Только бы не пошел к другим.
Это все равно ее муж.
Так что здесь такого.
А она любовь показывает.
Если он желает.
Только ее.
III. БЫВШИЙ
Конец августа 1918 г.
перехр. Институтской/Левашовской
Резиденция Гетьмана П. Скоропадского
Павел уткнулся глазами в хрусталь.
Слабые блики на усталом августовском солнце.
Может быть, он не заметит.
Максим Славинский.
Подписал Соглашение с Доном. Вернулся с дипмиссии. Отчитывается.
Отправить его в отставку. Но не поймут.
Да и нет никого на его место.
Славинский вертел свою шарманку:
— Павел Петрович, Вы держите его как пленника. А он единственный с 1916 говорил: Антанта победит. И там все его помнят, Вы это знаете. Вы за это его в первый раз сажали.
Между ними массивный дубовый стол. Ваза с розами. Пепельница. Штоф с водой. Два стакана. Все хрусталь.
Пепельница!
Это мысль. Зажег. Затянулся. Поднял глаза на Максима. Тот в кресле, нога на ногу. Черный дорогой костюм в едва заметную графитовую полоску. Галстук темно-синий. Белый воротник. Узкое лицо. Парфюм. Волосы идеально вложены. Усы и борода под линию.
Славинский держался ровно. Трость между пальцами. Точеный лакированный набалдашник в форме льва.
Неужели он не понимает, насколько отвратителен. Гетман выпустил дым. Посмотрел.
Едва сдержался, чтобы не скривиться.
Делает вид.
Что Павел о нем не знает.
Грязный развратник.
Unzuchtkerl. (нем. извращенец).
Но.
Что-то не так.
За дипломатом пошевелилась какая-то размытая тень.
Максим наклоняется вперед:
— Вы посадили умеренного социалиста. Rara avis. (лат. редкую птицу). Единого. Среди всех.
Тонкий палец в золотом перстне.
Густосиный сапфир.
Стучит по дубовой столешнице.
Глухой отзвук. Сапфировый отблеск сверкнул в хрустале цветом ночи.
— Своими руками, пан Гетман, вы все отдали Винниченко. Вам же не следует объяснять, что это за один. И к кому он бегает.
Павел присмотрелся.
Из невнятной тени проступил Петлюра.
Нагло.
Ставь над креслом.
Положил Максиму ладони на плечи.
Нет.
Павел не будет на это смотреть.
Перевел взгляд на пепельницу.
Однако и там этот Emporkömmling (нем. выскочка). Кривился из Гетмана.
Дипломат продолжил, усы растянулись в подобии улыбки:
— Вы даже обвинения не придумали. Немцы уйдут. Айхгорн убили у вас под носом. Надо идти в Антанту. А вы томите за решеткой единственного, кто с ней в контактах. Давно, глубоко и крепко.
На слове "крепко" Павел едва удержался. Симон в пепельнице хохотал во весь рот.
Даже кровь на губе проступила.
Взгляд на Славинского – этот Петлюра за ним в полный рост. Стоит в упор.
В красно-черной вышиванке.
Наклонился туловищем.
По самые локти навесил руки на плечи Максима.
Что-то нашептывает в ухо.