А когда буду там, во дворце: несколько часов у дверей.
А дальше – лизать их знатные жопы. За украинскую автономию.
Еще и салфетки подать.
Но главное завтра – другое.
Я решил.
Положу этому конец.
Хорошо, что он еще не знает.
Эти полтора месяца в Раде – невыносимы.
Одно дело письма, он за пол страны. Другая – каждый день.
Видеть. Чувствовать.
Как курит. Как дышит.
Как черкает бумаги.
Как стряхивает пепел.
Из-за него.
Не могу отдаться революции.
Страдает государство.
Еще неделю назад решил: уберу его. Потому что не выдерживаю.
Тринадцать лет я на поводке.
То туже, то свободнее. Чистенькими ручонками. Ни разу.
Херувим синьоокий.
Белые перья.
Петля. Петлюра. Нет каламбур.
Диагноз.
Когда хочет – пишет. Если нет – вздохни.
Главное – тихо.
Я в трещинах.
Он – не Бог.
Но. Смотрит сверху. А я – под ним.
Дым. Они.
Никогда не знаю, это ли конец?
Или просто P.P.P.S
Даже буквы – его.
У него женщина. Ребенок.
Я его письма. И себя – без него.
Пафосне: Amor aeternus, sine vita.
Чувствую. Что-то в доме не так.
Тишина не такая.
Всё на месте. Но. Что-то.
Кто-то.
Я теперь первый заместитель Грушевского.
Политика.
Меня пришли убивать.
Кухня. Спальня. Пусто.
Ванная.
Захожу.
Окно полуоткрытое. Цикады поют.
Щелкаю выключатель.
В-И-Н.
Голый.
В ванне.
Овальная. Небольшая. На ножках.
Посредине.
Под светом.
Вода темная почти по грудь.
Ничего не видно.
На этот раз еще тоньше.
Сидит.
Спина округлена.
Острые ключицы.
Лопатки и колени выше воды.
Плечи шире ванной — локти свисли за борта.
Руки свободно вниз, немного изогнутые.
Ладони - полуоборотом вперед.
На левом запястье – четки.
Багрові. В два охвати.
Черный крест с кисточкой
прилип к коже.
По нему капает на пол.
Правая ладонь сухая. Вывернутая немного вперед – естественно.
И шрамы над ней.
Едва заметны. Для чужого глаза ничего.
Но я знаю, где смотреть.
Тонкий. Параллельные.
Стертые, но не пропавшие.
Я видел впервые еще тогда. 13 лет назад.
Не говорит об этом.
И не нужно.
А ниже – точеные пальцы.
Указательный и средний.
Сигарета между ними. Тлеет.
Мой приговор.
То, о чем я годами думаю.
Хочу упасть лицом в изразце.
Но стою.
Время замерло.
Ангел сошел в мою ванную.
Интересно, где же крылья.
А у меня – тишина в паху.
Ничего нового. Каждый раз.
Зато завтра штаны будет разрывать.
Упомянул. Ключ. Один. У него.
Ни разу еще. До сих пор.
И он здесь. И я здесь.
А завтра все изменится.
- Что, испугался? - спрашивает, не глядя. — Это я. Кто там в этом году… Клавдия Петровна?
Меня скрутило.
– Нет. Она… женщина. С ребёнком.
Вращается. Немного наклоняет голову.
Сверлит синим льдом.
Пальцы медленно между серыми мокрыми прядями.
- С твоим ребенком. Единственная, кто тебя нахер послал. Ты ничего не сделал. Спина болит. Лечусь у тебя в ванной.
Я молчу. Потому что правда.
Ушел на кухню. Хлынул, что было.
Возвращаюсь с бутылкой. Он уже на диване.
Сидит. Охватил острое колено.
Вытертый. Только с волос немного.
- Здесь останусь, - говорит. - Далеко уходить.
Смотрит прямо в глаза. Как обычно.
Голос его высыхает:
– Я тебя не возьму. Спина. Сегодня – нет.
Так спокойно. Как о погоде.
И идет дальше:
– А ты думал, я не знаю?
Я читал Фрейда. Даже он такого, как ты, Володя, не представлял.
Тянет под меня — а мучаешь женщин.
Отвратительный.
Камни на голове.
Гвозди под ногти.
Он меня читает до последней строчки.
Сажусь рядом.
Скривился:
– И давай, Володя, без сопляк. Ты не единственный в мире. 13 лет ходишь и молчишь.
Я достаю рюмки.
– Нет, – говорит. - Лекарство. Алкоголь – противопоказан.
Свет выключаю. Я – в постели. Он – на диване.
В ушах отбивает барабан.
Он. Сказал.
Это.
Я ждал.
Спрашиваю.
- А почему Леся?
Пауза.
– Максим Славинский. Ольманах. Лесин… Ларисин любовник.
В Питере договорились: будет дочь - название Леся. Он находится в Центральной Раде. Спроси сам.
Он уснул.
А я лежу. Смотрю в потолок. До утра.
Теперь все сказано. Кроме завтрашнего.
Или.
Он.
Знает? - о завтра.
> УЧЕБНИК УКР. ЛЕТ, 10 класс:
«В своем творчестве Владимир Винниченко разоблачал бессмысленность и искусственность старой святеничной морали. Выступал против аморализации человека буржуазным обществом.»
4. CAMERA EYE [СИМОН]
С. Рада
28.06.1917 на должность заместителя.
На следующее утро, 28 июня, было оформлено первое украинское правительство. Генеральный секретариат.