Но что это? Родные уверяют, что это другой человек, только внешне похожий на их сына. У этого иной характер, другие манеры и вкусы, непохожая речь, наконец, иной строй мысли.
От их сына осталось только имя, против которого этот человек ничего не имеет. Доктор Сидис убежден, что память у его пациента исчезла не бесследно: весь прошлый опыт притаился в кладовых подсознания. У него нарушен лишь процесс воспроизведения. Своей догадке Сидис хочет найти подтверждение в снах пациента, ибо если будут сниться эпизоды прошлой жизни, значит, опыт не утрачен. Сидис просит его запомнить и рассказать свои сны. Вскоре выяснилось, что он видит «два сорта снов»: первые — неясные и почти незапоминающиеся и вторые — яркие и увлекательные. Содержание первых полностью относится к его теперешней жизни, вторых — к прошлой. Но все, что ему снится во вторых снах, он не признает своим: это грезы, странные видения. Он изумлен, когда его отец дополняет его рассказы. «Как ты догадался, что было написано на вывеске? — восклицает он. — Я же видел ее во сне!»
Борис Сидис гипнотизирует его и предлагает рассказать все, что приходит ему в голову: в уме больного, подобно вспышке света, вспыхивают имена, лица, фразы, целые отрывки из книг, события, картины мест, где он бывал. Потом все исчезает. Под влиянием гипноза у юноши раздваивается личность. Старые воспоминания кристаллизуются в связный опыт и достигают уровня сознания. Он рассуждает обо всем, что знал прежде, и пишет отличным почерком сочинения по философии, которой он учился до падения. Он сознает, что нездоров, и проходит лечение. Короткая гипнотизация — и он уже иной человек, ничего не знающий о своем прошлом. Он умен, сообразителен, тоже пишет сочинения и тоже по философии, которую начал изучать; почерк у него детский: ведь он научился писать всего два месяца назад. Но постепенно обе личности сливаются в одну, пациент возвращается к своим обычным занятиям: он здоров и обо всех своих превращениях знает только из рассказов домашних (Сидис, 1902, с. 308).
Крупный французский исследователь гипноза Л. Шерток говорит, что во многих случаях гипносомнамбулизм является эффективным и единственным средством лечения амнезий. В подтверждение своих слов он приводит пример, который мы немного сократили. «Мне представили больную. Она утверждала, что незамужняя и что ей 22 года, в то время как в действительности ей было 34 года и она имела мужа и сына. Последние 12 лет жизни выпали из ее памяти. Я решил задать ей вопрос в гипнозе о ее возрасте. Без малейших колебаний она ответила, что ей 34 года и что у нее есть сын. Затем я внушил ей, что после пробуждения она снова вспомнит последние двенадцать лет своей жизни. Так и случилось…» (Шерток, 1982, с. 29). Теперь несколько повернем вопрос в другую сторону. Может создаться иллюзия, что если в гипносомнамбулическом состоянии растормаживаются и активизируются даже те следовые процессы, которые, казалось бы, безвозвратно вытеснены из памяти, то надо ожидать, что активизация в гипнозе действенных энграмм, связанных с событиями и образами большой значимости, будет проявляться значительно сильнее, чем это имеет место в бодрствующем состоянии.
Наш собственный опыт свидетельствует, что если амнезия не функциональная (истерическая, гипнотическая), то в этом случае имеются большие сложности с восстановлением утерянных следов памяти. Ко мне обратилось руководство одного из московских УВД с просьбой выяснить, каким образом пропал пистолет у зам. начальника отделения милиции по уголовному розыску. Сам он пояснить ничего не мог, так как в тот злополучный день был в состоянии сильного алкогольного опьянения. Алкогольная амнезия, как известно, стирает следы в памяти. К счастью, мне легко удалось погрузить его в состояние гипносомнамбулизма, что бывает нечасто. Внушая ему восстановить в памяти события рокового вечера, я ждал подробного рассказа. Только после неоднократного нажима он стал говорить. Припомнил, как в тот вечер с приятелем и знакомой женщиной проводил время в ресторане, как расплатился и вышел на улицу. Вспомнил, что ловил машину. Далее воспоминания носили характер обрывков из различных ситуаций: «…были какой-то квартире, вроде бы вышел из нее с портупеей, но когда под утро пришел в отделение — оружия не было…» Где провел промежуток времени между посещением квартиры и отделением, ответить не смог или не захотел. Короче говоря, главного добиться не удалось. Причина того, что картина происходившего в ту роковую ночь не восстановилась, заключается в алкогольной амнезии. Она, как органическая амнезия, смыла мнемостические следы, в связи с чем гипносомнамбулизм их воскресить не смог.