— Святая Кэролайн сидит напротив и читает мораль о добре и зле прожившему вечность на этой грешной земле, повидавшему столько всего, что ей и не снилось за маленькую ничтожную жизнь, но знаешь что, — Клаус поддался вперёд и хищно улыбнулся, — не стоит недооценивать привлекательность темноты. Даже самые чистые сердца тянутся к ней.
— Пей кровь и заткнись, вампир, — холодно ответила Кэролайн, не желая больше спорить с ним, невольно задумываясь о его словах. Ведь действительно она думала о нём все эти дни, но тянулась ли она к нему настолько сильно, чтобы пренебречь своим принципам?
— Только после тебя, дорогуша, — Клаус настойчиво посмотрел на сэндвич, — не хочу тебя тащить обессиленную по улицам Парижа. В этом случае мне придётся дать тебе своей крови для поддержания твоего человеческого организма.
Кэролайн поспешно схватила предложенный сэндвич и, отвернувшись опять к иллюминатору, начала с задумчивым видом пережёвывать его, отмечая про себя, что Ранета действительно превосходно приготовила сэндвич, даже можно было сказать даже лучше, чем в её любимой закусочной на Бурбон-стрит.
А Клаус тем временем сверлил её профиль таким же взглядом, попивая мелкими глотками кровь, думая о том, что он действительно не питался с тех пор, после того как желал укусить и изведать её вкус крови в том проулке квартала. Её поднятые в высокий хвост волосы открывали спокойно бьющуюся яремную вену, а стук сердца начинал звучать в его ушах всё сильнее и отчётливей, словно колокол. Клаус залпом выпил кровь, надеясь, что это поможет успокоить его жажду, но и после она стала практически непреодолимой. Чувствуя, что его лицо начало меняться, он, извинившись, моментально встал со своего места и вышел из салона, надеясь, что она не увидела его изменений. Найдя Ранету в кабине пилотов, он без лишних слов вытащил её оттуда, не обращая внимания на объявление командира о скором снижении.
— Только пискни, — внушил он, вгрызаясь ей в шею, наказывая за то, что напомнила ему, вымещая на несчастной злость и безысходность, которые накопились за дни знакомства с Кэролайн, представляя себе именно её, с наслаждением чувствуя, как сердце начинает уменьшать ритм…
— Отпусти её, Клаус, — услышал он отдалённый голос, в котором безошибочно разобрал нотки досады. Кэролайн положила свою ладошку ему на плечо и продолжила: — Если я не увижу провожающую нас Ранету полностью исцелённой, то первым же рейсом вернусь назад в Новый Орлеан… нашей сделке придёт конец.
Клаус не спешил отпускать стюардессу, но всё же перестал пить из её шеи кровь, решая про себя, как поступить. Послать всё к чертям или доказать, что может держать себя в руках? Спорные чувства боролись в нём. Он сам не понимает, почему она на него так влияет. Любого другого он бы уже убил на месте, но не её. Так что в ней такого особенного? Чистая душа, которую хотел заполонить и очернить тьмой, дабы доказать ей обратное? Но тогда нужна ли ему будет сломанная игрушка, и игрушка ли она для него? Слишком много вопросов. Множество непонятного и нового, с чем Клаус не знал, что ему делать и как себя вести дальше. Прокусив запястье, он заставил почти бесчувственную Ранету сделать глоток его крови, затем второй. Усадив её в кресло, он открыл дверь пилотов и решил до конца полёта находиться с ними.
========== Глава 2 ==========
— Добро пожаловать в Париж, Кэролайн. — Клаус смотрел на неё, пытаясь предугадать её настроение, когда они спускались по трапу самолёта. Напряжение витало в воздухе, но разрядила обстановку вполне себе здоровая стюардесса, провожающая Кэролайн с благодарной улыбкой.
— Надеюсь, попробовать ещё раз на обратном пути твои великолепные сэндвичи, Ранета, — улыбнулась в ответ Форбс, игнорируя предложенную руку Клауса.
— Париж — для истинных ценителей романтики и всего совершенного, надеюсь, ты его оценишь по достоинству, — заметил Клаус, открывая перед ней дверь лимузина, что ожидал их неподалёку от самолёта.
— Только если ты будешь большую часть этого уик-энда молчать, не донимая своими ухаживаниями, — фыркнула в ответ Форбс.
— Я отличный гид по этой жемчужине Франции, дорогуша. Уверен, как бы ты ко мне ни относилась, лучшего проводника тебе не найти во всём мире, — усмехнулся Клаус, садясь с ней рядом, — первым делом мы отправимся на Эйфелеву башню и будем лицезреть великолепные виды Парижа с высоты птичьего полета, попивая шампанское и пробуя французскую кухню. Я буду рассказывать тебе о достопримечательностях Парижа, которые мы посетим завтра. Затем мы отправимся на ужин к Авроре и Люсьену.
— Только номер в гостинице не забудь мне снять, желательно отдельно и на другом конце города, от тебя подальше, — холодно попросила Кэролайн, подозревая, что у него в планах остаться на ночь у своих друзей вместе с ней.
— Непременно, дорогуша, — равнодушно пожал плечами Клаус, — но думаю, тебе понравится гостеприимство Авроры. Тем более что особняк у них достаточно огромный, чтобы ты чувствовала себя не стеснённой моим присутствием.
Клаус действительно поразил её своими познаниями и интересными историями. Трокадеро, Марсово поле, Сакр-Кер, Мон-Парнас и многое другое были перед ними как на ладони. Указывая на каждую достопримечательность, он сообщал ей то, что не прочитала бы нигде и не рассказал бы никто, кроме древнего вампира, который прожил достаточно в этом мире и знал, оказывается, очень многое. Его рассказы завораживали так, что Кэролайн не терпелось посетить каждую из этих знаменитостей старинного и совершенного города. Она и не заметила, как стала с интересом задавать вопросы и против своей воли начала искренне улыбаться ему. Напряжение как рукой сняло, и Кэролайн, расслабленная в его обществе, сидя напротив за столиком ресторана, действительно наслаждалась божественной едой, несравненными ни с чем красотами с высоты, думая о том, что завтра её ждёт незабываемая экскурсия.
— Ты можешь быть достаточно милой, когда выключаешь в себе стерву, — неожиданно произнёс Клаус, на что она хмыкнула и уже была готова сказать колкость, но Клаус быстро продолжил: — Нас уже ждут в другом месте. Если тебе понравилось, то мы можем пообедать завтра во втором ресторане, там тоже отличная кухня.
— Время пролетело так быстро. Надеюсь, что ты покажешь завтра места, которые также не будет хотеться покидать, — подмигнула ему Кэролайн, чем несказанно удивила первородного.
— Несомненно, это могу пообещать тебе с уверенностью, — мягко улыбнулся Клаус, показывая ей сексуальные ямочки, что заставляли не один раз за этот вечер переставать дышать. — Пойдём, — растерянно произнёс он, вставая, заметив её мечтательный взгляд, — ты ещё не видела эту красавицу вечером. На это стоит непременно посмотреть. Сотни освещённых прожекторов дают башне особую уникальность именно в это время суток. Уж поверь, этот блистательный вид останется в твоей памяти и в сердце до конца жизни.
***
Даже в ночное время величественный старинный особняк, построенный в виде буквы «п», впечатлил Кэролайн, как только они въехали во двор. Выходя из машины, она заметила повсюду камеры и людей, расставленных по периметру.
— С каких пор у вампиров такая охрана? — усмехнулась она.
— Они не обычные вампиры, более продвинутые, чем в Новом Орлеане. У них есть цели и стремление к улучшению. Марсель так и завис в двадцатых, в отличие от «Стрикс». Брат Авроры — лидер этого сообщества. Тристан первый вампир, когда-либо обращённый моим братом, и наделал за тысячу лет множество Элайдж, основав при этом достойное общество вампиров со своими правилами и законами, — сообщил ей Клаус, внимательно наблюдая за её реакцией. — Наш вид может не только быть опасным для людей, но и приносить пользу обществу. Скоро ты сама в этом убедишься.