Обогнув сиделку, я наклонилась к девушке и только теперь поняла, отчего реакция миссис Харт при нашей встрече была именно такой яркой.
Втянув воздух через стиснутые зубы, я подавила вздох удивления. В какой–то момент, всего на долю секунды, мне показалось, будто это я лежу на богатой кровати под теплым одеялом. И это мое лицо цвета полотна, а волосы тусклые и безжизненные.
Леди Эдит была похожа на меня как две капли воды с той единственной разницей, что была самую чуточку моложе. Но, возможно, я бы выглядела точно так же, не будь за моей спиной долгих лет тяжелой работы?
– Что с ней? – прошептала я, понимая, что не в силах отвести взгляд от леди Эдит.
– Никто толком не знает ответ. Она просто угасает. А этот мерзавец Пембелтон… – ответила миссис Харт.
– Энн! – голос Джарвиса остановил высказывание сиделки.
Я обернулась и увидела, что Морвил стоит на пороге и смотрит мимо меня на ту, кто лежит на постели. И было что–то особенное в его взгляде. Тоска? Сожаление? Боль? Так или иначе, но мое сердце сжалось.
Джарвис любит Эдит, поняла я. Но взаимно ли чувство?
– Сегодня вам придется провести ночь в комнате миссис Харт, – сказал Морвил. – Завтра утром, до того, как в дом вернутся слуги, вы переберетесь в эту комнату и ляжете в постель Эдит, – добавил он и, с трудом оторвав взгляд от бледного лица невесты, перевел его на меня.
– А как же она? – спросила я удивленно.
– Эдит будет находиться в безопасности, – ответил Джарвис, всем своим видом давая понять, что не станет распространяться, где именно находится это безопасное место. – Сейчас уходите, – велел он.
Миссис Харт вышла из спальни, какое–то время возилась в гостиной, а когда позвала меня, заглянув к леди Эдит, в ее руках находился огромный альбом, украшенный вензелем, по всей видимости, принадлежавшим роду Пембелтон – белая ромашка на рыцарском щите. И даже я, несведущая в подобных вещах, поняла, насколько древним был род леди Эдит.
– Идемте, – позвала меня Энн и добавила, – с этой минуты я буду обращаться к вам как к своей госпоже.
– А как мне следует называть вас? – спросила я.
– Леди Пембелтон называла меня не иначе как Энн. А когда была в хорошем расположении духа, – голос миссис Харт дрогнул, – то говорила «моя Энни».
Бросив взгляд на лорда Морвила, я увидела, как он подошел к кровати невесты и наклонился к ней. По рукам мужчины пробежала магия и я поспешила покинуть спальню, не желая знать, что произойдет дальше.
***
Комнаты миссис Харт располагались неподалеку от покоев ее госпожи и представляли собой спальню и крошечную гостиную с маленьким диваном, камином и круглым столиком, на котором лежали книги. Я отметила, в углу под окном стоит моя сумка с теми вещами, которые взяла из дома. Видимо, это мистер Диксон позаботился и перенес вещи сюда. Я мысленно поблагодарила Джона и стянула с рук старые перчатки.
Пододвинув на столе книги, миссис Харт заняла кресло и быстро произнесла:
– Вам стоит взглянуть на портреты своих предков, миледи. То есть, – добавила она, – на один особенный портрет. И да, – ее взгляд скользнул по мне с интересом, – насколько вы образованны? Лорд Морвил сказал, что встретил вас в трущобах.
– Если вас интересует, умею ли я читать и писать, то да, – ответила я, заняв кресло напротив Энн, – меня научила моя матушка.
– Надеюсь, я вас не обидела? – миссис Харт открыла альбом. – Просто это, действительно, важно.
– Понимаю, – я посмотрела на первый портрет.
– Это лорд и леди Пембелтон, родители леди Эдит, – объяснила миссис Харт, пока я разглядывала красивую пару: женщину с доброй улыбкой, и мужчину с бакенбардами и в очках.
– Как давно леди Эдит сирота? – спросила я, следя за тем, как быстро перелистывает альбом моя собеседница. Она определенно искала кого-то особенного, желая показать его мне.
– Ее родители погибли. Нелепая случайность, – ответила миссис Харт. – Но вот, мисс, – перестав листать альбом, Энн развернула его так, чтобы мне был хорошо виден черно-белый портрет, написанный умелой рукой. Я увидела мужчину средних лет, с широким лицом и густыми волосами. У него был пронзительный неприятный взгляд и поджатые тонкие губы, а маленький подбородок вызывающе выдвинут вперед вместе с нижней челюстью.
– Кто это? – спросила, чувствуя, что незнакомец мне не нравится.
– Это лорд Энтони Пембелтон, – последовал ответ, – дядя леди Эдит, который ненавидит ее, мечтая получить состояние моей госпожи. – Энн посмотрела на меня и добавила: – Запомните его лицо и опасайтесь встречи с ним, особенно наедине.
– Какие отношения связывают дядю и племянницу? – уточнила я тихо.
– О, – Энн усмехнулась, – ненависть и зависть с его стороны, с ее же страх и недоверие.
Миссис Харт вздохнула.
– Лорд Морвил не уверен на все сто, мисс, но думает, что именно Энтони Пембелтон стоит за болезнью госпожи. Только, увы, доказать это нет никакой возможности.
Она замолчала, а я пристальнее вгляделась в лицо неприятного дядюшки, чувствуя, что разделяю страх Эдит. Не хотелось бы мне встретиться с этим человеком. Но боюсь, придется. В какой-то момент мне стало интересно, что намерен предпринять мой наниматель? Джарвис не посвятил меня в свои планы. По крайней мере, пока. Все, что я знаю, это то, что придется играть роль леди Пембелтон. Но у меня нет ее манер и воспитания. Даже руки… Боги, да я вся не соответствую образу настоящей леди!
Я опустила взгляд и, повернув руки ладонями вверх, вздохнула, рассматривая уродливые мозоли. Миссис Харт проследила за моим взглядом и произнесла:
– Это не проблема. Есть специальные магические средства. Они быстро придадут вашей коже нежность бархата. А в первое время можно прятать дефект под тканью перчаток.
Я вскинула голову и посмотрела на Энн.
– Я не стыжусь своих рук, – проговорила и сжала пальцы в кулаки.
– Конечно. Я наслышана, что вы были чернорабочей, – миссис Харт закрыла альбом. – Вам нечего стыдиться, но вы должны понимать, что у леди просто не может быть таких рук! Впрочем, все решаемо. Давайте ложиться спать, а завтра утром поговорим. И да, – Энн встала, посмотрев на меня сверху вниз, – если желаете принять ванну, она в вашем распоряжении.
– Ванну? – повторила за женщиной и невольно вспомнила деревянную бадью, в которой купалась прежде.
– Идемте, я покажу вам ванную комнату, – поманила меня за собой Энн. – Лорд Морвил не так давно позаботился о том, чтобы в особняке был проведен водопровод. Знаете ли, это обошлось ему в круглую сумму.
Она говорила что-то еще, но у меня все ее слова вылетели из головы, стоило увидеть так называемую ванную комнату и саму ванну: огромную, мраморную, с двумя кранами, из которых текла горячая и холодная вода. Я на миг лишилась дара речи.
– И заметьте, – продолжила миссис Харт, – все это без помощи магии.
Я кивнула.
– Мистер Диксон уверяет меня, что так называемый технический прогресс скоро значительно облегчит работу бытовых магов.
Женщина показала мне, как пользоваться кранами, выдала два пушистых полотенца и мягкий халат, после чего ушла, оставив меня наедине с этим чудом, которое совершенно не имело никакого отношения к обычной магии.
***
Эдит казалась Джарвису легкой, словно пушинка. Закутав девушку в одеяло, Морвил бережно прижал ее к груди и последовал за Диксоном по пустому, спящему особняку.
– Уверены, что там леди будет в полной безопасности? – спросил Джон, обернувшись на Джарвиса.
– Я наложил на комнату сильные чары. Ни один маг не пройдет, – ответил Морвил.
– Лорду Пембелтону уже удалось подослать к леди своего человека, если помните, – проговорил Диксон.
Джарвис нахмурился.
– Знаю. Я виноват. Я должен был пристальнее следить за Эдит. Должен был постоянно находиться рядом…
– Не вините себя, милорд, – вздохнул Джон. – Леди виновата сама. Она нарушила вашу просьбу не выходить за пределы особняка во время вашего отсутствия. И вот к чему все привело.
Морвил вздохнул.
– Мне жаль, что я не могу доказать причастность Пембелтона, – проговорил он сдавленным от злости голосом.
– Ничего, милорд. Мы его поймаем. Теперь, когда у нас есть мисс… – Диксон осекся. Мужчины переглянулись и остаток пути проделали в полном молчании.