– Миледи!
– Леди Пембелтон!
Я перевела взгляд на Джарвиса, прижавшегося к моей руке губами, и поняла причину, по которой он позволил прислуге войти в покои своей невесты. Все они должны были лично убедиться в произошедшем чуде.
Подняв левую руку, я потянулась к Морвилу и коснулась пальцами густых волос мага. Он на миг застыл, словно от удара, а затем поднял голову, и наши глаза встретились. Я вдруг поняла, что нарушила личные границы. Не следовало прикасаться к Джарвису. Наверное, леди так не делают?
Он резко выдохнул, и я убрала руку, уронив ее на одеяло. Следовало помнить – Эдит слаба. Она несколько дней лежала в постели, не приходя в сознание.
– Я так волновался, – прошептал Морвил, продолжая смотреть на меня. Следовало признать, он отлично играл свою роль. Этот темный взгляд, полный тревоги и неприкрытого облегчения. Эта волнительная дрожь в голосе и даже прикосновение, настолько бережное, словно мужчина прикасается к чем-то исключительно хрупкому. Как же сильно он, наверное, любит свою Эдит!
Я выдавила слабую улыбку и немного позавидовала леди Пембелтон, ведь она имела так много в отличие от меня.
– Выйдите все, – отпустив мою руку, Джарвис поднялся на ноги и посмотрел на слуг. – Приступайте к своим обязанностям. Леди Эдит благодарна вам за заботу.
Слуги переглянулись, посмотрели на меня с теплотой, а затем послушно вышли. В спальне мы остались втроем: я, Морвил и миссис Харт.
Энн закрыла дверь и обернувшись, взглянула на меня.
– Все получилось просто отлично, – сказала она.
– Да, – выдохнул Джарвис и выражение его лица изменилось, с него исчезла наигранная радость. – Начало положено.
Я села, не зная, что сказать.
– Через три дня мы с вами, Эдит, должны выйти в свет. Я уже приобрел ложу в театре. Там нас никто не потревожит, зато вас смогут увидеть все желающие.
– И дядюшка? – уточнила я, вспомнив отталкивающее лицо представителя рода Пембелтон.
– Особенно он, – Джарвис переплел руки на груди. – Три дня вы проведете в этих покоях. Миссис Харт научит вас, как вести себя в театре. Расскажет обо всех знакомых, с кем есть опасность встретиться. Но вы можете особо не волноваться, я сделаю все, чтобы оградить вас от знакомых леди Эдит.
– Можно сослаться на то, что госпожа еще не полностью восстановилась, – посоветовала Энн. – И еще будет лучше, милорд, если из театра вы уйдете до начала второго действия. Так, чтобы во время антракта никто не смог войти в ложу.
Я сидела в постели, слушала разговор Джарвиса с миссис Харт и чувствовала себя лишней.
– Но, – решила вступить в беседу.
Взгляд Морвила обратился ко мне.
– Не слишком ли маленький срок – три дня? – спросила я. – Для выхода в свет после продолжительной болезни?
Джарвис покачал головой.
– Маги-целители сейчас творят чудеса. Никто не удивится, поверьте, – ответил он, – что леди Эдит так быстро встала на ноги. Особенно те, кто знают ее живую натуру. Эдит не могла усидеть на месте. Она слишком энергичная.
– Вот как, – я понимающе кивнула.
– К тому же мне надо спешить. Не желаю ждать три месяца. Мы должны как можно скорее соединиться узами брака, – добавил он и так выразительно посмотрел на меня, что я невольно вздрогнула.
– Так что, если все получится, вы сможете вернуться к прежней жизни даже раньше, чем мы планировали, – добавил Морвил. – А сейчас, дамы, я вас покину. Слуги скоро принесут завтрак и приготовьтесь к приходу лекаря.
– Не волнуйтесь, милорд. Я уверена – ваша подопечная справится, – ответила миссис Харт, и Джарвис, бросив на меня быстрый взгляд, покинул спальню.
Я упала на подушки и уставилась в потолок.
– Вы пока отлично справляетесь, – похвалила меня Энн и, поставив к кровати стул, присела рядом. – А теперь я немного расскажу вам о прислуге этого дома. Как вы уже успели заметить, леди Эдит здесь любят. Но запомните, вы должны всегда держать дистанцию со слугами. Будьте милы и предельно вежливы, но помните – вы хозяйка. Ваше слово – закон.
– Я даже не знаю, кого из них как зовут, – посетовала я. – Не сомневаюсь, леди Эдит знала не только имена всех этих людей, но и кто где живет, и у кого какая семья.
Энн рассмеялась.
– О, нет, – сказала она, – леди никогда не интересовалась подобным. Но она всегда дарила слугам подарки на праздники и помогала им, если просили, и была необходимость. Только, – миссис Харт запнулась, – не обольщайтесь на счет леди Пембелтон. Она – хозяйка и это важно.
Я кивнула.
– Я постараюсь, но мне будет неловко приказывать, ведь я сама до недавних пор работала служанкой.
Миссис Харт улыбнулась.
– Тогда постарайтесь не забыть, что временно вы – леди, а не девушка из трущоб.
***
Всего на секунду, на одну чертову секунду, когда она коснулась его волос, его сердце дрогнуло. А когда их взгляды переплелись, словно прочные нити, Джарвис позволил себе поверить, что перед ним его Эдит. Ведь Джейн была так похожа на леди Пембелтон! Тот же овал лица, те же скулы и шея…
Но другие глаза и другой цвет волос.
Хорошо, что слуги не заметили.
Проклятие! Джарвис выругался про себя и развернувшись на каблуках, направился обратно в покои невесты.
Как он мог забыть? Где был его разум? Совсем его лишился вчера, когда переносил настоящую Эдит в тайную комнату.
Он вошел в покои без стука, но перед дверью в спальню немного постоял, выравнивая сбившееся дыхание. Отчего–то вспомнилось, как нежно Джейн прикоснулась к его волосам и дрожь пронзила тело мага.
«Она не Эдит!» – напомнил он себе сурово и подняв руку, требовательно постучал в дверь спальни.
– Войдите! – ответила миссис Харт.
Джарвис открыл дверь и посмотрел на Джейн. Девушка лежала на подушках, и на ее щеках сверкал здоровый, розовый румянец. И это тоже разозлило Морвила.
– Милорд? Что–то случилось? – спросила Энн.
– Выйдите, – велел он, – и проследите, чтобы никто не посмел войти пока я здесь.
Миссис Харт бросила быстрый взгляд на девушку, затем беспрекословно поднялась и вышла, а Джарвис перевел взор на лицо Джейн. Она нахмурилась и села.
– Я забыл сделать нечто важное, – произнес Морвил и приблизившись, бесцеремонно занял стул, на котором прежде сидела Энн.
– Придвиньтесь ко мне, – велел маг девушке. – Я немного поработаю над вашей внешностью, – добавил он.
Джейн послушно выполнила приказ, и Джарвис опустил руки на ее волосы, снова вспомнив, как недавно она почти также прикасалась к его шевелюре.
Он закрыл глаза. Волосы у Джейн оказались мягкие и пахли зелеными яблоками – аромат свежести, от которого едва не закружилась голова.
– Что вы делаете? – спросила мисс Грей.
– У Эдит волосы цвета пепла, – объяснил он. – И глаза…
Недоговорив, Морвил выпустил магию, ощутив, как она, подобно теплому ветру, потекла из пальцев. Секунда, другая и вдруг в ладони словно впились острые иглы. Джарвис распахнул глаза и отдернул руки.
Что это такое?
Он посмотрел на волосы девушки и нахмурился. Да, они стали цвета пепла, точь-в-точь как у Эдит. Но то за разряд он только что ощутил? Показалось, или это была ответная магия? Но в мисс Грей ее быть не должно? Она ведь просто девушка из трущоб! Насколько Джарвис знал, в простолюдинах редко пробуждается магия.
– Потерпите еще немного, – зачем-то проговорил Морвил и попросил, – закройте глаза.
Джейн послушалась, но вздрогнула, когда он коснулся ее нежных век пальцами, стараясь не надавить. И снова использовав магию преображения, ощутил ответный разряд. Тело мисс Грей будто сопротивлялось чужому влиянию.
Неужели в ней скрыта сила?
– Вот и все, – Джарвис убрал руки и Джейн открыла глаза. Теперь их цвет изменился. Девушка стала неотличима от Эдит.
– Скажите мне, – он выдержал паузу. – Кем был ваш отец?
– Какое это имеет значение? – уточнила мисс Грей, вопросительно изогнув бровь, и что–то в груди Джарвиса дрогнуло, потому что его Эдит точно так же делала бровями, когда не желала давать ответ на неприятный вопрос. В какой–то момент Морвила посетила нелепая мысль, что Джейн и Эдит сестры. Но он не помнил, чтобы лорд Пембелтон, отец его невесты, прослыл любителем гулять от супруги. Более того, он считался верным семьянином, любившим супругу и дочь.