– Это ваш родственник, – произнесла Энн. – Лорд Энтони Пембелтон.
Я застыла, не решаясь отойти от окна. Взгляд мужчины действовал на меня как–то странно. Было любопытно и одновременно жутко. А еще мне показалось, словно он сначала удивился, заметив меня в окне. Но удивление длилось от силы несколько секунд, затем лорд Пембелтон улыбнулся, снял шляпу и поклонился, приветствуя ту, кого он считал своей племянницей.
– У меня от него мурашки по коже, – прошептала я, обращаясь к миссис Харт.
– Отойдите от окна, – посоветовала женщина, но я осталась стоять на месте и стала невольной свидетельницей неприятной сцены, когда рядом с сэром Энтони появился лорд Морвил. В тот момент мне было искренне жаль, что я не слышу, о чем говорят мужчины. Но джентльмены не поприветствовали друг друга. Лорд Пембелтон шагнул в сторону Джарвиса. Выражение его лица показалось мне зловещим. Они принялись что–то обсуждать. Морвил держался достойнее родственника леди Эдит. А вот сэр Энтони размахивал тростью, как мне показалось, угрожающе, гневно жестикулировал и явно пытался войти в дом.
– Отойдите от окна, – повторила Энн, но я покачала головой, решительно открыла окно и выглянула наружу, успев услышать обрывок фразы, сказанной со злостью.
– Вы не имеете права запрещать мне видеться с племянницей! – прорычал лорд Пембелтон. – В следующий раз, если вы продолжите чинить мне препятствия, я вернусь не один. Я приведу с собой представителей закона!
Наклонившись вперед, я посмотрела на Джарвиса. Сложив руки на груди, он спокойно взирал на сэра Энтони, продолжавшего бушевать, а когда последний закончил говорить, ответил:
– Приходите хоть с его величеством. Леди Эдит не желает встречаться с вами, а значит, вы не переступите порог этого дома.
Сэр Энтони резко поставил трость и, наклонившись к Морвилу, произнес:
– Не думайте, что я вас боюсь! Я не позволю какому–то проходимцу дурачить свою племянницу. Я видел ее в окне. Радует то, что она более не больна. И это еще надо проверить, какой недуг сломил Эдит. Мы еще разберемся, что вы из себя представляете. Знает ли Эдит, кого подпустила к себе?
Когда он замолчал, я не выдержала.
– Милорд! – позвала спокойно.
Мужчины замерли, а затем почти одновременно подняли взгляды, устремив их на мое окно.
– Эдит! – тут же взволновался Джарвис. – Немедленно закройте окно. Вы еще не оправились от болезни.
– Возможно, но я вполне отдаю отчет своим словам, – продолжила уверенно и посмотрела на лорда Пембелтона, который застыл, почти физически цепляясь за меня своим взглядом, настолько липким и неприятным тот был. – Я оценила вашу заботу, лорд Морвил, но не стоит решать за меня, – добавила я, почему–то уверенная в том, что Эдит именно так и разговаривала бы при своем ненавистном дядюшке.
Лицо Джарвиса вытянулось от удивления, а сэр Энтони подозрительно насупил брови. Реакция родственника Эдит позволила мне понять: они с племянницей не в ладах. В этом Морвил не обманул. И судя по всему, Пембелтон ждал подвоха, и я оправдала это его ожидание.
– Я прошу вас не являться в этот дом без приглашения, – произнесла, стараясь говорить ровно, – наше родство еще не дает вам права вмешиваться в мою личную жизнь, – добавила, отмечая, как недобрая улыбка тронула губы дядюшки Энтони. Взгляд Пембелтона, его насмешка и полное отсутствие удивления услышанному доказали мне, что я права – надо сразу поставить все точки. Он не должен врываться в мою жизнь, пока я играю роль леди Энтони.
– О, вижу, вы по–прежнему слишком доверяете этому Морвилу, – ответил сэр Энтони, ничуть не стесняясь того, что Джарвис находится рядом. – Причем, доверяете ошибочно, Эдит. А ведь ему нужны не вы, а ваше состояние.
Я заставила себя не смотреть на Джарвиса. Эдит точно не сделала бы так. Мне казалось, я стала больше понимать леди Пембелтон, собрав ее образ, ее характер, из крох той информации, которую получила.
– И это говорите мне вы? – я усмехнулась, а затем вздрогнула, ощутив, как на плечи опустилась мягкая шаль – это Энн принесла ее и, укутав меня, встала за плечом, словно ангел–хранитель.
Энтони Пембелтон прекрасно понял мои слова. Он нехорошо улыбнулся и отступил к своему экипажу.
– Хорошо, – произнес дядюшка почти миролюбиво, – я отправлю вам карточку, если вы настаиваете на соблюдении приличий. Надеюсь, у вас, моя дорогая племянница, хватит совести и такта принять единственного родственника, – улыбка мужчины стала еще неприятнее. Я ярко представила на месте Энтони огромного, противного паука, плетущего свою сеть. Вот только я не мошка и в его лапы не попаду. Мне всего–то необходимо продержаться до свадьбы и несколько дней после.
– Возможно, я приму вас, если сочту, что готова это сделать, но не ранее и не таким вот способом, который вы продемонстрировали сегодня, едва не ворвавшись в этот дом, – ответила Пембелтону и, коротко попрощавшись, отошла от окна.
Видят боги, мое сердце в тот миг билось будто безумное. Миссис Харт торопливо закрыла окно, затем повернувшись ко мне, удивленно произнесла:
– Отличная речь, леди Эдит. Я не знала, что вы умеете так говорить!
– Я и сама не знала, – ответила женщине. Вернувшись к камину, я села, потянувшись к теплу.
Теперь, когда порыв протеста сошел на нет, меня начало потряхивать от перевозбуждения.
Что я вообще такое сделала? Зачем разговаривала с Пембелтоном? Я ведь могла поставить под угрозу весь план лорда Морвила!
Представляю себе, как он сейчас зол! Не удивлюсь, если немедля поднимется сюда и отчитает меня как следует.
– Сейчас мне показалось, будто вы – это настоящая Эдит, – продолжила Энн. – Я слышала ее голос, видела в вас ее эмоции, ее порывы, – миссис Харт прижала ладонь к губам. – Невероятное сходство.
Я кивнула, хотя не понимала, что подобное возможно.
Компаньонка вернулась к окну и выглянув наружу, сообщила:
– Он уезжает.
– Кто? – не сразу поняла я, все еще находясь во власти волнения.
– Лорд Пембелтон, – ответила Энн. – Могу себе представить, что он сейчас чувствует! – продолжила женщина и я почувствовала по тону ее голоса, что миссис Харт улыбается. Кажется, ее позабавило случившееся. А я вот находилась на грани запоздавшего раскаяния и истерики.
Когда в дверь постучали и в покои вошел лорд Морвил, мне не хватило сил взглянуть на него. Я ждала, что Джарвис примется отчитывать меня и, признаюсь, он был в своем праве сделать это, но наниматель лишь подошел, присел рядом и несколько секунд молча смотрел на меня.
– Знаю, я не должна была… – начала первой, только Морвил улыбнулся и перевел взгляд на Энн, вставшую за моим креслом.
– Это вы рассказали Джейн о характере Эдит? – уточнил милорд.
– Я не… – начала было миссис Харт, но Джарвис только покачал головой.
– Вы отлично сыграли леди Пембелтон, Джейн, – обратился ко мне Морвил. – Надеюсь, сэр Энтони на какое—то время заляжет на дно. Я уже отправил в «Вести столицы» новость о предстоящей помолвке и скором бракосочетании. Мы не будем ждать три месяца. Не желаю давать Пембелтону ни одного шанса на успех.
Вздохнув, я прижала ладонь к груди – сердце билось так стремительно, что почти причиняло боль.
– Дело в том, милорд, – объяснила миссис Харт, – что я почти ничего не говорила мисс Джейн о характере леди Эдит. Она действовала по наитию и, к нашей общей радости, все получилось.
Морвил перестал улыбаться. Он взглянул на меня, затем на Энн.
– Вот как… – и это было все, что он произнес, прежде чем поднялся и молча ушел.
Мое сердце пропустило удар.
– Я едва все не испортила, – прошептала с горечью. – Сама не понимаю, что на меня нашло.
Энн положила руку на мое плечо и сказала:
– Давайте думать о том, что случилось, а не о том, что могло бы произойти. Но впредь вам стоит думать о том, что и кому говорите. Удача – дама капризная. Сегодня повезло, завтра может не повезти.
– Я понимаю, – кивнула и посмотрела на камин. Равнодушное пламя танцевало на поленьях, потрескивало, пожирая дерево, а я чувствовала, что Энн права – мне следует быть осторожнее, потому что сэр Энтони Пембелтон – дурной человек и от него можно ждать всего, что угодно. Но только не добра.