Путь предстоял неблизкий. Я планировала обойти ближайшие таверны, что находятся за мостом, а затем и купеческие дома, надеясь найти работу. Меня устроит любая: от кухонной, до горничной. Я взялась бы даже за стирку белья, но только не для миссис Уолш.
Переступая лужи, затянутые поволокой мороза, невольно вспомнила хозяйку таверны, оклеветавшую меня. Внутри разлилась непрошеная ярость. Если она полагает, что от безысходности я вернусь и продолжу работать на нее, то очень ошибается. Вопреки всему найду хорошую место. Даже если мне сегодня придется обойти все дома, даже если сотру ноги в кровь, не успокоюсь, пока не получу место.
— Доброе утро, Джейн! – голос зеленщика, открывавшего лавку на углу рядом с булочной, заставил меня поднять взгляд от дороги, прервав размышления.
— Доброе утро, мистер Джонс, — поздоровалась я со стариком, раскладывавшим на прилавке свежую зелень. А еще невольно уловила аромат сладкой выпечки, и в животе протяжно запел песню голод.
— Никак на работу спешишь? – спросил зеленщик, воспользовавшись тем, что я остановилась. Старик был охоч поговорить.
— Да, — кивнула и, пожелав ему отличной торговли, поспешила дальше.
Искать работу в трущобах было бессмысленно. Уж если миссис Уолш не поленилась отправиться за мост к моей прежней хозяйке, то по нашим кварталам точно разнесла сплетни, как сорока на хвосте. Поэтому я отправилась дальше.
Оставив за спиной реку и мост, прошла мимо прежнего места работы и свернула на Каштановую улицу, носившую свое название благодаря могучему дереву, росшему на перекрестке. В маленьком сквере, расположившемуся чуть дальше, располагалось несколько магазинов. Добротные, со стеклянными витринами, яркими вывесками, они разительно отличались от торгового уголка Трущоб. Пока все заведения были закрыты, и я прошла мимо, решив оставить их напоследок.
Но вот и главная улица купеческого квартала. Дома здесь высокие, каменные. Везде чисто, стоят магические фонари, а вдоль дороги растут кипарисы, похожие на зеленые свечи, щекочущие небо.
Невольно запрокинув взгляд, поежилась от резкого порыва ветра. Дождь пошел сильнее. Я ускорила шаг и остановилась только перед зданием с резными воротами, заметив женщину, чистившую дорожки от желтых листьев.
— Мэм! – позвала служанку.
Она подняла взгляд, затем распрямила спину, взглянув на меня с усталым недовольством невыспавшегося человека.
— Подскажите, мэм, — попросила, встав вплотную к воротам, — нет ли в вашем доме места для горничной? Возможно, нужны помощницы на кухне?
Женщина потерла спину, затем подошла ближе, морщась от капель дождя, таких холодных, что было удивительно, отчего они еще не превратились в снег.
— Нет, мисс. У нас полный штат прислуги, — ответила служанка. Она смерила меня изучающим взглядом, затем, шмыгнув носом, добавила: — Вы поднимитесь выше, по Лиловой аллее. Кажется, Уилфредам была нужна служанка. Но право слово, мисс, место могли занять. Я несколько дней назад разговаривала с экономкой, миссис Филипс, но за это время все могло измениться.
— Спасибо, — кивнула я с улыбкой, — проверю.
— Поднимайтесь дальше по дороге, мисс, затем наверх от магазинчика готовой одежды, — направила меня служанка, — дом вы узнаете сразу: там на воротах каменные птицы.
Кивнув на прощанье, я поспешила дальше по дороге, надеясь на удачу.
Дом нашла быстро. Две обещанные каменные хищные птицы сидели на стене и взирали на улицу холодными глазами. Вот только удача не сочла необходимым улыбнуться мне – место горничной оказалось занято и, покинув дом с удивительно вежливой экономкой, я поплелась дальше, стучась едва ли не в каждую дверь. Но снова и снова получала отказ.
Так, передвигаясь от дома к дому, я постепенно теряла надежду и тратила запал бодрости.
Да что же это за невезение такое, думала про себя.
Покинув очередной дом и так и не получив место, я зашла под сень раскидистого платана, стоявшего на углу улиц. Прячась от дождя, съежилась, обхватив себя руками.
Хотелось вернуться домой, подбросить в печь дров, сменить промокшую одежду, а затем поесть. Тогда жизнь снова заиграет яркими красками. Казалось бы, как мало надо человеку для счастья!
Я хмуро взглянула вдаль, туда, где за поворотом улицы поднимался первый высокий дом, означавший начало квартала аристократии. Но туда мне дороги нет. По крайней мере, не в этом жалком виде. Промокшая, уставшая и голодная, я сейчас походила на бездомную нищенку. Да меня в таком виде даже на порог богатого дома не впустят!
«Ну ничего, Джейн, — сказала себе. – Пусть сегодня ничего не получилось, но завтра… Завтра ты наденешь лучшее платье и пойдешь сразу в квартал знати. И судьба улыбнется. Не может не улыбнуться!»
Дождь прекратил плакать с неба и, воодушевившись мечтами о завтрашнем дне, я проворно выбежала из-под платана, а затем побежала по тротуару, избегая проезжающих мимо экипажей, разбивающих глубокие лужи. Хотя более мокрой, чем я есть уже, мне стать не грозило.
***
— Желаете вернуться в трущобы, милорд? – Диксон застыл рядом с Морвилом, заложив руки за спину.
— Да. Сегодня же и хочу, чтобы вы сопровождали меня. Боюсь, я плохо ориентируюсь в бедном квартале, — ответил Джарвис, отодвигая от себя опустевшую чашку.
— Нам следует нанять экипаж, милорд, — заметил Джон, — гулять там небезопасно.
— Не уверен, что боюсь местных хулиганов, — усмехнулся Морвил, поднимаясь из-за стола.
Диксон улыбнулся, после чего уточнил:
— Наша цель, милорд?
— Хочу найти одного человека. Девушку, — Джарвис снял со стула брошенный ранее камзол и надев, поправил манжеты. – Вот только не знаю, где искать.
Джон нахмурился.
— Она из бедных, я правильно вас понял?
— Да. И полагаю, является выходцем этих самых трущоб, — Морвил первым покинул свой кабинет. Диксон направился следом.
Уже в холле, пока лакей подавал хозяину дома его плащ, трость и шляпу, Джарвис кратко описал место, где впервые увидел ту, которую теперь предстояло отыскать, и рассказал подробности встречи, не уточнив лишь то, что незнакомка удивительно похожа на его невесту – леди Эдит Пембелтон. Впрочем, когда Джон ее увидит, то и сам все поймет.
— Жаль, что вы не спросили имя у девушки, — проговорил Джон. – Но я прекрасно помню, где именно встретил вас в ту ночь, когда вы преследовали теневого мага.
— Вот и отлично, — Джарвис опустил ладонь на плечо помощника. – Значит, туда-то нам и надо. Не сомневаюсь, что-то должен знать эту девушку в тех краях. Она, — Морвил сдвинул брови, вспоминая подробности, — у нее были корзины с бельем. Точно! – воскликнул он.
— Не сомневайтесь, милорд, мы ее отыщем, — кивнул Диксон и, дождавшись, когда лакей распахнет перед хозяином дома входную дверь, последовал сразу за Джарвисом во двор.
Облетевший сад встретил мужчин видом голых деревьев, сбросивших некогда пестрый наряд на мокрую землю и дорожку. И теперь один из слуг, вооружившись граблями и тачкой, сгребал листья. Завидев хозяина дома, мужичонка торопливо поклонился и распрямил спину, стоило Морвилу и его помощнику пройти мимо.
— Экипаж возьмем наемный, — решил Джарвис, — чтобы не привлекать лишнее внимание.
— Отличная мысль, милорд, — согласился Джон и минуту спустя, оказавшись за воротами особняка, Диксон отправился искать подходящую карету, оставив Джарвиса ждать. Впрочем, вернулся он довольно споро. Следом за Джоном ехал городской экипаж.
— Нам в трущобы, милейший, — велел кучеру Морвил.
— Куда именно, сэр? – вежливо поинтересовался возница, ничем не выразив своего удивления в выборе благородного джентльмена.
— Пересечение Северной и Водопадной, — ответил за мага Диксон. – Дальше будем действовать исходя из ситуации, — добавил он уже в салоне.
— Полагаюсь на вас, — произнес Джарвис и экипаж тронулся с места.
Глава 4
Днем трущобы выглядели еще более плачевно, чем в темноте ночи и, глядя в окно, на проплывающие мимо старые здания, на грязные лужи и мрачные скверы, на дворы, завешенные гирляндами сохнувшего белья, Джарвис Морвил хмурился. Девушка из подобного места, как бы ни была похожа на его Эдит, нуждается в долгой и плодотворной огранке. И все же, это выход из сложившегося положения. Позволить, чтобы Пенделтон получил наследство Эдит нельзя! Когда она очнется, а она очнется, в это Джарвис заставлял себя верить, что он скажет ей, если допустит, чтобы совершилась несправедливость? Нет. У него нет выбора, кроме как сделать то, что собрался.