Когда отец Керри узнал об этом, то оформил надо мной опекунство. Так что формально мы почти сестры. Именно он оплатил наше с Керри обучение в Калифорнийском университете Лос-Анджелеса. Мы обе закончили юридический, однако, никто из нас так и не пошел по специальности.
Я влюбилась в Мэтта – сына преуспевающего бизнесмена. Верила, что он мой единственный, но оказалось нет.
После – Джастин. Даже не знаю, как сложилась его судьба. Исполнил ли он свою мечту – стал суперхоккеистом?
Все мои мужчины были несоизмеримо богаты, а я – глупая наивная дурочка, верившая в сказку и долго и счастливо. И теперь на полном серьезе считаю, что сказку «Золушка», нужно запретить во всем мире, чтоб глупые наивные дурочки, вроде меня, не верили в чудеса и не ждали принца.
В итоге мне двадцать три, у меня нет работы, дома и денег. Неофициально я бездомная, официально – я сижу на шее у лучшей подруги.
Керри же после университета перебралась в Вегас, устроилась работать в Казино, а сейчас у нее свой небольшой сувенирный магазинчик, приносящий неплохие деньги. Когда ты живешь в стране, где процветает спорт – то ты либо на коне, либо лентяй. Я, вероятно, второе.
– Эй, Джой. – Керри устраивается на стуле. – Рассказывай. Я требую подробностей. Какой он.
– Большой.
– Ты сейчас о мужчине или члене?
– Обо всем сразу. – Я поднимаю голову и смотрю на подругу.
– Я требую подробностей! Вы, черт возьми, там трахались три часа! Это как минимум рассказ на десять ведер попкорна XXXL! Еще и три ведра крылышек.
– Он офигенный!
– Ну давай, Джой, не томи. – Керри перебирается на диван и усаживается по-турецки. – Какой он?
– Он просто ходящий секс. Знаешь, от него прям такая энергетика. Аж даже сейчас по коже бегут мурашки. – Демонстрирую подруге свою руку. – Высокий, просто огромный. Представляешь, у него почти восемь кубиков пресса. Я вообще даже не думала, что такое бывает.
– Бывает даже десять, – усмехается Керри. – А у кого-то лишь четыре.
– У меня не было столько мужчин, «Мисс Я больше не верю в любовь».
– Верила, пока Честер не раскрыл мне глаза на сущность всех мужчин, – фыркает она, и из гостиной слышится «гав».
– Вон, твой бывший подал голос. Спрашивает, можно ли ему достать свою пипиську и помахать ею.
Мы обе смеемся, отчего Честер гавкает еще громче.
– Татушки на руках, груди. И боже, его член. Он трахается как бог!
– Ты стрельнула его номер телефона? И ты видела его лицо? – оживляется подруга и ее глаза загораются.
– Да, видела. Он красавчик. Немного похож на Эштана Кутчера. А телефон… – Я кривлю губы. – Он взял мой и позвонил мне, но я его удалила.
– Зачем? – восклицает Керри, и Честер тут же гавкает.
– С меня хватит таких мужчин. Сперва они говорят, что любят, а потом: привет, у меня есть жена.
– Он признался тебе в любви? – Керри приподнимает одну бровь.
– Нет, но после секса он начал собираться, будто ничего не произошло. У меня сложилось впечатление, что он хочет побыстрее свалить. Сделал свое дело, и в кусты. Зачем мне лишний раз убиваться еще по одному парню, который вероятно взял мой номер, чтоб занести в черный список.
– Ты тупица! – Керри толкает меня ладонью в лоб. – Ты зажигала с охренительно сексуальным мужиком, который трахается как бог, и удалила его номер из-за страха снова обжечься? – Подруга закатывает глаза. – Подумала бы тогда обо мне! Отдала его номер мне, я бы нашла ему применение, как и его члену! Во-первых! – Керри встает с дивана. – Тебе нужно перестать себя жалеть. Да, пару дней назад тебя кинули у алтаря. Это прискорбно, обидно потратить два года на ублюдка. Еще и женатого и собирающегося на тебе жениться. Но это не конец света. Во-вторых, тебе нужно начать воспринимать мужчин, как это делаю я. После Честера, – приглушает она голос, чтоб исчадье волосатого ада не услышало, – я начала жить по-настоящему. Это круто не завесить от немытых яиц. Делаешь, что хочешь ты, ведешь себя так, как тебе нравится. Носишь свои любимые шмотки. Не тратишь время на его друзей-придурков, не общаешься с его матерью-стервой. Живешь и наслаждаешься лучшими годами. Спишь только с теми, кого выбираешь ты, а не тебя. В-третьих, ты можешь оставаться у меня сколько угодно, но тебе, Джой, нужно найти работу. И не потому, что я плохая подруга, а потому что тебе нужно научиться зависеть только от самой себя, и не жить за чужой счет, чтоб не оказаться вот в такой ситуации. Мужчины – самый нестабильный денежный ресурс. Если хочешь, я могу взять тебя в свой магазинчик.