- Не ешь меня взглядом, делай это лучше с тортом.
Она улыбнулась и, взяв ложечку, отломила кусок бисквита и положила его в рот.
«Боже мой, как вкусно, откуда он узнал, что я люблю с орехами и карамелью?».
Джордж смотрел на нее так, что казалось, он пытается запечатлеть в памяти каждую секунду того времени, когда они вдвоем.
- Так все-таки, зачем ты меня сюда привел?
- Тебе не нравится?
- Нет, что ты, мне все очень и очень нравится. Просто, это, наверное, не просто так?
- Ну почему же, я решил сделать тебе приятно. Ты мне нравишься, Лили.
- Ты мне тоже.
«Ну, скажи, скажи что-нибудь еще, пожалуйста, Джордж!».
Но он молча взмахнул палочкой, и прямо над ними выросла красивая арка, увитая нежно розовыми цветами, и послышалось щебетание невидимых птиц.
Казалось, Лили забыла, как моргать и дышать от восхищения.
- Не думала, что ты умеешь делать такую красивую магию.
- Конечно, волшебные вредилки это еще не все, на что я способен, - усмехнулся он.
- А, а на что ты еще способен? — тихо спросила она.
Джордж наклонился к ней близко-близко и прошептал:
- Ради тебя на что угодно.
Лили погладила его по щеке:
- Ты такой славный. Честно говоря, я даже раньше не замечала насколько ты хороший.
- Если честно, я всегда считал тебя маленьким мышонком, еще одной младшей сестрой, но ты выросла, а я, кажется, потерял голову.
Спустя полчаса, когда Лили была уже готова сойти с ума, Джордж осторожно взял её руку:
- Не думай, что я привел тебя сюда только ради этого, я скажу только тебе. Нас не будет с Фредом два дня в школе, не волнуйся и никому не говори, если будут спрашивать.
- Хорошо, ты потом расскажешь мне, где вы были и почему всё так таинственно?
- Конечно, расскажу и, ты знаешь, боюсь нам пора, а то еще немного и в школе обнаружат, что нас нет.
«Вот так всегда».
- Хорошо, — Лили заметно расстроилась, — ты прав, нам наверно, действительно пора.
Джордж махнул палочкой и посуда, фонарик и арка исчезли.
«Жаль, что он так ничего и не сказал мне. Ничего большего. Может, я все себе напридумывала. А он относится ко мне как к другу…. Эх, Лили… Ты даже не можешь разобраться в себе!».
***
В Гостиной они появились как раз вовремя. Гермиона уже спускалась по лестнице из спальни девочек.
- Лили, опять ты сбегаешь, ну я же волнуюсь! — накинулась она на нее.
Лили улыбнулась и обняла подругу.
- Герми, ты такая хорошая!
Она опешила:
- Что с тобой?
- Со мной все хорошо, пошли завтракать? — сказала Лили, позвала Фреда и Джорджа, и они вместе пошли в Большой зал.
Следующие два дня Лили провела, словно в полусне. Близнецы, как и обещали, пропали, а на неё обрушился шквал вопросов, на которые она отвечала совершенно невпопад. Она много времени проводила в спальне девочек, а на попытки друзей разговорить её во время обеда или ужина, когда они были все вместе, не реагировала. Более того, в первый раз в жизни Лили не смогла ответить на банальный вопрос по Зельеварению, и страшно удивленный Снейп снял с Гриффиндора десять баллов.
Ей было даже все равно, что он перебирал её мысли весь остаток урока.
Лишь пятничный урок Защиты от темных искусств вывел её из коматозного состояния.
Профессор Грюм зашел в класс, громко лязгая своей железной ногой. Остановившись возле учительского стола, он оглядел класс в полной тишине. Его волшебный глаз отчаянно вертелся, казалось, он вот-вот выпрыгнет из глазницы и покатится по полу.
- Аластор Грюм, - представился он, - бывший мракоборец. Буду с вами только один учебный год.
- Почему? - вдруг спросил Рон.
Грюм навис над ним:
- Ты ведь Уизли?
Рон сглотнул и кивнул. В глазах его читался неописуемый ужас.
Неожиданно лицо Грюма, исполосованное шрамами вдоль и поперек, озарила улыбка:
- Я знаком с твоим отцом. Я пробуду в Хогвартсе ровно год, так захотел Дамблдор. Кстати, кто-нибудь скажет, где мистер Малфой? Я вижу, его место пустует.
Несколько гриффиндорцев захихикали.
- О-он в больничном крыле, профессор, - заикаясь, пробормотала Пэнси Паркинсон.
- Вот и прекрасно, одним хорьком больше, одним меньше. Роуз! — вдруг рявкнул он.
Лили молча поднялась.
- Что вы знаете о непростительных заклятиях, Роуз?
Мозги с трудом, словно застарелый механизм, приходили в движение. Как часы, которые давно остановились. Она тихо ответила, с трудом ворочая ватным языком:
- Применение этих заклятий грозит заключением в Азкабан на очень и очень долгий срок.
- Верно, пять баллов Гриффиндору, - Грюм подошел к доске и взял мел, -кто-нибудь назовет мне первое непростительное заклятие?
В классе поднялось несколько рук. Волшебный глаз завертелся в глазнице и остановился на Гермионе:
- Мисс, вы, кажется Грэйнджер, да? Отвечайте!
- Заклятие называется Империус.
Лили почти не слушала, что говорила подруга. Взгляд её приковало множество диковинных предметов, которых не было в этом кабинете, когда ЗОТИ преподавал профессор Люпин. Больше всего Лили поразилась огромному количеству всевозможных склянок и баночек, наполненных разными насекомыми: пауками, червями, жуками. Вся эта живая масса шевелилась и вызывала нестерпимое отвращение.
«Ужас, что будет, если все эти стеклянные сосуды разобьются!».
Из размышлений её вытянул голос Грюма:
- А сейчас вы собственными глазами увидите, как Империус парализует волю, делает послушными и покладистыми, - с этими словами Грюм подошел к одной из склянок и достал довольно злобного на вид паука, который тут же попытался сбежать.
– Энгоргио! — он навел на насекомое палочку, и паук стал размером с котенка. Рон слабо застонал и отодвинулся подальше – он ненавидел пауков.
– Империо! — паук замер. Грюм махнул палочкой, и он взлетел, словно марионетка на невидимых нитях. Лили вспомнила свой последний кошмар.
- Что желаете? Заставить его станцевать? - паук оказался над головой Рона и зашевелил лапами, словно отбивая чечетку. Рон схватился за волосы, казалось, что он сейчас с криками выбежит из кабинета, - или, может, ему лучше утопиться? — паук уже перелетел и замер над ведром с водой, стоящим на окне.
– А может, ну его, на улицу выкинем? - насекомое уже висело за окном, отчаянно трепыхая мохнатыми клешнями.
- Ладно, - смилостивился Грюм и вернул паука в нормальное состояние, – сотни волшебников уверяли, что подверглись заклятию Империус, когда Сами-Знаете-Кто был у власти. Они уверяли, что он подчинил себе их волю, но вот только как узнать, кто из них говорит правду?
Класс потрясенно молчал. Лили окончательно пришла в себя.
«Он не такой безумный, как говорила бабушка. Он может быть кем угодно, но не психом, ведь говорит такие серьезные вещи!».