– Чего ты так дергаешься?– дед Олег прошел за ней,– посиди еще.
– Я в шесть обещала быть дома!!!
По серьезному испугу внучки дед Олег понял очень многое о ее семье.
– Дай-ка мне свой домашний телефон, хочу поговорить с твоими родителями.
Девочка на секунду задумалась, но потом, отрицательно помотав головой, тихо произнесла:
– Не надо, пока не надо, когда будет надо, я сама скажу.
Морские поняли друг друга и Рита ушла. Славка важно отправился провожать свою новую знакомую.
– А о каком таком концерте шла речь, а?– Рита безуспешно пыталась скрыть волнение.
– Когда я одной своей знакомой сказал, что скоро у меня выступление, она, покраснев, спросила, в каком фильме я снимался. Причём с такой же интонацией, как ты сейчас спрашиваешь о концерте…
Рита даже слегка обиделась. Но Славик тут же решил отвечать, не дав ей время вспылить.
– Твой дед, хоть и малость «того», чокнутый, но все же великолепный руководитель.
– Во-первых, он не чокнутый, он просто,– Рита на секунду замолчала, пытаясь сформулировать ощущения, испытанные ею при общении с дедушкой,– он просто видит все несколько глубже.
– Ага, глубже, чем оно есть на самом деле.
Рита подумала, что хотела сказать совсем другое.
– А концерт – это наша очередная идея-фикс. Твой дед руководитель нашего школьного духового оркестра. Он многому научил нас, сумел организовать настоящие, почти профессиональные условия для работы. Если мы выйдем на должный уровень, он обещал организовать концерт в большом зале Дворца Пионеров. Это очень классно…
“Ах вот значит какой у меня дедушка,” – пронеслось в мыслях у Риты.
– Так значит он руководитель коллектива?
Славик поморщился.
– Мерзкое слово… Мы не коллектив, мы целая империя, со своими законами, своими праздниками. Даже язык у нас отличается от обычного русского.
В словах парня сквозила такая гордость, такая одержимость, что Рита почувствовала острую зависть.
– Хочешь стать одной из нас?
Это было очень приятно.
– Я не могу… Мои родители будут против… И потом, я ведь не умею ни на чем играть.
– Ну, мы тоже ничего не умели раньше… А родители, думаю, не проблема, пусть старик поговорит с ними. Он ведь тебе, как никак родственник.
Рита рассмеялась.
– Разберемся.
– Вот и здорово.
– А вы только играете или и песни у вас тоже есть.
– У нас две солистки, шикарные вокалистки…
– А песни чьи?– Рита твердо клонила свою линию.
– Где чьи, чаще всего на старикова сына стихи и стариковскую музыку, иногда берем чужое…
– А я чуть-чуть стихи пишу…
– Ну-ка, почитай что-нибудь свое,– в словах парня промелькнули нотки иронии.
Я вижу лунный свет, сквозь щели в твоем сердце.
Мне кажется порой, что негде отогреться… – начала было Рита взахлёб, читая нечто давнее, написанное ещё прошлой зимой….
– Стоп, стоп, стоп… Это прям как: “Опять, покуда шел я на работу, меня землетрясеньем укачало!” Как-то уж слишком пафосно… А другого ничего нет?
Рита сделала для себя вывод, что в жизни больше никому не будет читать свои стихи, по крайнем мере, пока не будет уверена в их гениальности.
– Ладненько, я уже пришла, давай прощаться.
– Ну, пока… Слушай, а кто ты по гороскопу?
– Лев,– Рита удивилась такому вопросу.
– А, ну тогда все понятно…
– Что?
– Огонек азарта в глазах, тщательно тобой скрываемый.
– Это ты наверное говоришь каждой знакомой?– Рита решила немного пококетничать.
– Нет, через одну,– оба засмеялись.
– Ладно, пока.
– Ну, пока.
Рита зашла в подъезд и остановилась. С трудом заставив себя перестать улыбаться, она пыталась сосредоточиться на мыслях о предстоящем объяснении с родителями, но какое-то необъяснимо легкое и бесшабашное настроение охватило все ее мысли. Девочке показалось, что впервые за много лет она таки нашла что-то действительно важное. Впервые девочка ощутила себя значимой и интересной. Ей хотелось как можно скорее опять попасть в пропахшую табаком кухню старика и, вслушиваясь в его странные, слегка сумасшедшие речи пить крепкий, пахнущий чай. Хотелось снова встретиться со Славкой и словесно пофехтовать с ним еще. Теперь Рита мечтала жить полной приключений жизнью и дышать полной грудью.
Подзатыльник был довольно сильным. Отвесив его, Валентин ни слова не говоря, ушел в свою комнату. Мама поприветствовала дочку еще более оригинальным способом, пряча полные слез глаза от Ритиного настойчивого взгляда, она взяла девочку за руку и, больно надавив, потащила дочь на кухню.