Они приехали к нему в гости и, напрочь игнорируя друг друга, принялись рассказывать Татьяне обо всех происшедших за последнее время событиях связанных с работой. Естественно о событиях последних трех часов они умалчивали. Татьяна терпеливо слушала. Лицо ее было серьезным и выражало настороженность. Потом она приземлилась в кресло и устало спросила:
– Может, объясните, что случилось? Вы приходите с видом только что потерпевших кораблекрушения, и начинаете рассказывать мне всякие мелочи. Я же вижу, что-то не так… Что?
Рита почувствовала, как у нее засосало под ложечкой. Она решила спасать положение.
– Он собирается увольняться,– в конце концов, Рита не совсем лгала, этот факт тревожил ее ничуть не меньше, чем собственные чувства.
– Ты таки решил окончательно, да?– Таня печально улыбнулась,– вот так! Только начнется стабильный заработок, только появится определенное спокойствие, и опять он за свое. Какие-нибудь новые идеи?
– Да, у нас в Харькове открывается новый канал. Он будет чисто музыкальным. Директором назначили нашего Андрюху, он завет меня быть администратором. Ребенка я хочу взять менеджером по рекламе.
Рита молча переваривала услышанное. Хочет ли она такого пути? Музыкальный канал… Да, хочет, очень хочет!
– А деньги там будут?– устало спросила Таня.
– Морозова, утухни! – неожиданно зло обратился Вовка к жене,– что я, денег что ли не найду? Было бы дело, а средства с него всегда найдутся. И вообще здесь все не так просто…
– А чего ты наезжаешь? Я тебя, кажется, спокойно спросила!– Таня обиделась, причем Рите показалось, что вполне заслуженно. Ссора готова была разразиться, но в дверь позвонили. Это пришел Андрей, причём, что было довольно неожиданно и не принято здесь, пришёл он не один, а с литровой бутылкой водки. Разговор принял мирное русло. Начали пить. В силу своей прошлой специальности Рита уже научилась пить, почти не пьянея, но доза сегодня была слишком большой. Вечер был странным. Таня рассказывала что-то не останавливаясь, Андрей изредка добавлял какие-нибудь восклицания, и смеялся над услышанным. Вовка пил молча, и что-то напряженно обдумывал. Рита же, напротив, пыталась ни о чем не думать. Это давалось ей с трудом. Девочка мысленно вспоминала все свои стихи и бубнила их про себя, с единственной целью, забыть. Всё забыть. Уже изрядно напившись, Андрей с Таней, ужасно подружившиеся за этот вечер устали сидеть в четырех стенах и решили пойти выгулять собаку. Рита с Володей остались вдвоем. Девочка сидела, глядя в окно. Огромные, лучистые звезды, ярко выделяющиеся на черном, бархатистом небе заглядывали в комнату. Рита укротила их любопытство, задернув шторы. Она обернулась, ожидая увидеть абсолютно пьяного, уже вырубившегося Володю. Два совершенно трезвых глаза смотрели на нее с насмешкой. На губах Володи блуждала странная улыбка.
– Так ты не пьян?– удивилась девочка.
– Я никогда не пьянею. Если хочешь, научу этому искусству.
– А зачем ты тогда притворялся?
– Хотел отмазаться от выгуливания жены и собаки.
Рита опять почувствовала себя неловко. Она промолчала, по-детски поджав губы. Володя не отводил глаз.
– И откуда же ты такая взялась на мою голову?– задумчиво произнес он.
Рита не могла больше выдерживать этот взгляд. Девочке хотелось убежать, забиться куда-нибудь в угол, спрятаться, и никогда не возвращаться. Она знала, что означают подобные взгляды… Она ненавидела их. Рита находилась на грани истерики.
– Откуда? Ты действительно хочешь знать откуда? – где-то глубоко в подсознании яростно клокотала последняя трезвая мысль, советующая заткнуться. Но ситуация уже вышла из-под контроля, Рита говорила, говорила, а слезы все катились и катились по ее щекам. Боже, как давно она ничего о себе никому не рассказывала! Почти никто не знал, как эта девочка попала в Харьков, как она встретила здесь отца, чем она тогда занималась, как потом осталась совсем одна, как отдавалась первому встречному, царапая на коленке такое важное и такое неуместное тогда слово «мама»… Володя слушал внимательно и напряженно. Его руки сжались в кулаки. Рита внезапно выдохлась. Она тяжело вздохнула, и затянулась сигаретой