Тиравьель зашёл без стука, словно зная, что я уже переоделась. Сам он, кстати, тоже успел переодеться и, сейчас был в тёмно-зелёном камзоле под цвет моему платью.
— Замечательно выглядишь. Позволь лишь один штрих…
Эль развязал ремешок на моей косе, который тут же полетел на столик и принялся расплетать косу. Я дёрнулась, чтобы схватить подарок Гекатоса и завязать на запястье.
— Ты никогда с ним не расстаёшься, — заметил эльф, берясь за массивный гребень. — Чей-то подарок?
— Родственник подарил на прощание, — ответила я, не испытывая ни малейших признаков мук совести. Ну я же не виновата, что он родственником представился. А так выходит — не солгала даже.
— Ты никогда не говоришь о родных…
— Из близких у меня никого не осталось, — отрезала я, немного жёстче, чем мне бы хотелось.
Что в принципе тоже правда. Я своими глазами видела документ об удочерении.
— Извини, что затронул эту тему. Кстати, ты не совсем сирота у нас. Ты дочь клана Серебряного Ворона. С недавних пор.
Я обернулась и увидела в глазах эльфа лукавый огонёк. Как можно было забыть.
— Идём, проверим, чему вас учили на танцах, — произнёс он, в следующий миг перенося меня… в зал, где в обычное время проводились танцы или различные праздники. Аналог актового зала, проще говоря.
Но больше всего меня удивило то, что тут было полно народа. Звучала музыка, адепты танцевали и общались, образовавшись в группки или пары. Были здесь и ведьмочки и другие сокурсники, оставшиеся здесь на время зимних каникул.
— Что здесь происходит? — спросила я, сильно впечатлённая увиденным.
— Ну, ты даёшь, Влада! Неужели не знала, как развлекаются адепты зимними вечерами?
Эльфа моё неведение и искреннее удивление развеселило. Я и в самом деле не знала, и виноват был, между прочим, он. Если бы не работа хранителя, быть может, я чаще общалась бы с сокурсниками.
Цель нашего сюда прибытия была одна — потанцевать и не подвергнуть мою жизнь риску. Отвести меня в любое другое место Тиравьелю, как он сам признался, мешало только гипотетическое появление сумеречных волков. Здесь же наше присутствие сразу привлекло внимание окружающих. Особенно, когда этот бесподобный эльф закружил меня в вальсе, крепко сжимая в своих объятиях.
— Расслабься, — посоветовал он. — Ты так напряжена.
Его пальцы незаметно для прочих пробежали по позвоночнику. Только если бы это способствовало расслаблению. А то ведь смутил больше.
Смотрю в эти искрящиеся весельем глаза и отчаянно думаю о том, насколько в действительности близка к тому, чтобы преодолеть хрупкую грань простой дружеской симпатии. Никто прежде не вёл со мной себя так, как Тиравьель. В школе из-за своей внешности и неуклюжести я всегда была объектом насмешек, после чего начала сторониться людей. Да и после окончания школы ситуация особо не поменялась. А сейчас он такой уверенный, красивый, сильный со мной танцует. И мне не просто непривычно, а страшно… Страшно, что если он будет нравиться мне больше, чем друг, произойдёт неприятность, которая всё разрушит.
— Тир, зачем это всё? — тихо спросила я, имея в виду платье и наше появление здесь.
— У тебя сегодня день рождения. Я решил — ты не должна скучать и думать, будто о тебе все забыли.
— Они не забыли, а уехали на каникулы. — посчитала нужным поправить я его.
— Пусть так, — легко согласился эльф. — Но мы-то тут. Дин уже сделал свой подарок, теперь моя очередь.
Даже не возразить.
Тиравьель хорошо танцевал, а иначе как объяснить, что мы ни разу не сбились. Вёл определённо он, и мне нравилось это ощущение полёта и его сильных рук на своей талии.
Но вскоре танцевальная музыка стихла и адепты расселись на импровизированной сцене, чтобы слушать песни. Заприметив инструмент, сильно похожий на гитару я на миг застыла. Так хотелось коснуться струн и попробовать напеть песни из моей прежней жизни… Но я вынуждена отказать себе даже в такой малости. Кто знает, на каком языке будут они звучать.
Некоторое время мы стояли у сцены, слушая баллады и шутливые незатейливые песенки адептов. Я позволила себе опереться спиной на грудь Тира, а он обвил руками мою талию. Удобно и тепло. И плевать, что подумают. Всё равно шепчутся по углам, что мы пара.
Уходить не хотелось. Волшебство вечера и ощущение того, что всё это подстроено в мою честь, не отпускало. И это несмотря на уверенность в том, что я знала — Тир не лгал.
В этот раз не было никаких телепортов. Он проводил меня прямиком до дверей моей комнаты. Вещи завтра вернёт, сказал. Я не против. Могу и сама забрать. Всё равно опять работать вместе.
— Чуть не забыл, — сказал Тир, беря меня за руку и что-то быстро защёлкивая на запястье. — Это тебе, подарок… с днём рождения!
Поднимая руку, чтобы убрать край рукава платья, я увидела настоящее чудо. Тонкий и гибкий браслет. Серебряный. Звенья стилизованы под листья, переплетающиеся между собой так тесно, что с трудом видна застёжка.
Тир снова касается моей руки и браслета. Листочки посередине отодвигаются. Это не просто браслет, а часы. Красные тоненькие стрелки на тёмно-красном циферблате. Белые цифры и деления между ними. Причудливо и красиво.
— Спасибо, Тир, — с восхищением прошептала я, поднимая взгляд на него.
Обвила руками его шею, чтобы подарить быстрый поцелуй в щёку. Вот только эльф оказался более коварен и ловит мой поцелуй губами, заставляя меня дёрнуться и вспыхнуть от смущения. Не слишком целомудренно получилось. От осознания этого, испугано отстраняюсь и отпускаю руки. В глазах остроухого пляшут смешинки, а уголки губ подрагивают.
— Спокойной ночи, Влада, — говорит он, отступая и растворяясь в серебряном свечении. Я даже ответить не успела.
В свою комнату не помню, как попала. Просто дверь оказалась уже открытой, и я не придала этому значения. Наверно Егорыч открыл или Тир шутить изволил.
Сердце продолжало биться от волнения и мне срочно требовалось утихомирить несчастное, чтобы уснуть. Завтра ещё не занятия, но мне потребуется свежая голова, чтобы приступить к работе.
Вытащив из шкафа тёплый халат, я стала переодеваться, осторожно снимая тончайшей работы чулки и высвобождаясь из плена платья.
Тёмную вязь на своём предплечье я заметила не сразу. Только когда халат надевала. Да и то благодаря зеркалу. Подарку Дина.
Не веря своим глазам, я извернулась и присмотрелась. Вязь образовывала ровно три значения…
Свет во тьме. Милосердие. Начало пути.
Ровно половина начертанного на камне в храме смерти.
Чёрная змейка, ужалившая руку. Но что это — особый знак или благословение Халлэ?
Как мало я знаю об этом мире. Единственный, кому можно это показать — Дин. Он должен объяснить. Ведь кто ещё находится ближе к смерти, если не некромант? И только ему я могу довериться. Быть может, произошедшее в храме и появление символов на моей коже не выходит за рамки обыденности. А что если нет?
Я вздохнула. Пока не поговорю с Дином, не успокоюсь. А ещё любопытно, куда вторая змейка делась. Кроме нас в храме никого не было. Не к Дину ли?.. Ох, надеюсь, завтра выясню.
Собрав волосы обратно в косу, я аккуратно повесила платье в шкаф и, выключив свет, улеглась в постель.
В голову лезли навязчивые мысли о походе в храм и Тиравьеле. Настолько настойчиво, что пришлось погружаться в сон через медитацию. Наверно зря…
Никогда прежде не совершала астральных путешествий и не выходила из своего тела. Пребывая ещё на Земле, я много раз пыталась и перечитала на эту тему множество различной литературы, посещала семинары. Только то, что легко получалось у прочих, у меня не получалось вообще никак. Хоть об стену головой…