Между тем мы обустраивали испытательный полигон за много километров от цивилизации. Забор из сетки-рабицы высотой около двух метров (6 футов) ограждал территорию от непрошеных гостей — не считая нескольких енотов, броненосцев и змей. В каком-то смысле это было отдохновением после напряжённой работы в «Меркурии» и «Джемини». И, как всегда, оставалось немного времени для развлечений.
Однажды, когда я ехал по грунтовой дороге к полигону, я застрелил крупную гремучую змею. Я бросил её в багажник и привёз на работу. Мы аккуратно свернули её кольцами прямо у ворот. К голове прикрепили леску, продетую через забор и уходившую к нашему офисному вагончику. Когда у ворот появлялись посетители, мы дёргали за леску — и большая змея вздымалась в угрожающей позе. Эффект был великолепный.
Помню, как один начальник цеха, которого мы особо не жаловали, заехал проверить своих людей. Дожидаясь у ворот, чтобы его впустили, он вместо этого встретился с нашим чешуйчатым талисманом. Отпрыгнул так стремительно, что едва не упал. Кинулся к своему пикапу, запрыгнул и умчался, подняв облако белой пыли. Больше мы его не видели.
Работа на испытательном полигоне была вполне интересной и не несла ни капли того стресса, с которым я жил последние шесть лет. Я был рад, что теперь могу больше времени проводить с семьёй, и особенно ценил возможность чаще ходить на рыбалку. Даже зимой к середине дня нередко теплело достаточно, чтобы «намочить леску».
Наш дом на Бейсайд-Драйв стоял на берегу небольшого канала, впадавшего в реку Банана. До воды было всего несколько минут — опустить лодку с подъёмника, и можно плыть. Мы обычно ловили крупную пятнистую форель и овсянок на живую креветку. Самих креветок легко было наловить ночью. Достаточно опустить фонарь «Коулман» поближе к поверхности воды. Прямо у границы света и тени под фонарём малыши начинали любопытствовать. Нужно было действовать сачком быстро: они замечали его и ныряли на дно, взмахнув розовыми хвостиками.
В тот период широко ходили слухи о недовольстве НАСА ходом работ в «Норт Американ». Компания вела разработку как самого корабля, так и второй ступени «Сатурна». Оба проекта всё сильнее отставали от графика, а затраты росли с тревожной скоростью. Доклад генерал-майора Сэма Филлипса, директора программы «Аполлон», был крайне критическим, и поползли слухи, что «Норт Американ» могут вообще отстранить от контракта.
Хотя контракт был заключён несколько лет назад, мы всегда удивлялись, как «Норт Американ» вообще попала в космическое кораблестроение.
Гюнтер позирует со своим шуточным чеком и ответной запиской Гордона Купера, закреплённой на табличке (см. ниже).
Подарок, преподнесённый Гюнтером и его командой Уолли Ширре после завершения полёта «Сигма-7» по программе «Меркурий» в октябре 1962 года.
Гюнтер встречается с Джоном Гленном в 1972 году на торжествах по случаю десятилетия полёта Гленна.
Вид, так поразивший мистера Мака из McDonnell Aircraft. Белые халаты и головные уборы были стандартной одеждой Гюнтера и его команды во время программ «Меркурий» и «Джемини». Команда осматривает MR-1 в ангаре S.
Вход в комплекс 14 сегодня отмечен информационным щитом. С этой площадки было запущено четыре успешных орбитальных полёта.
Гюнтер позирует рядом с новым двухместным американским кораблём «Джемини». В тесной кабине едва хватало места, как в небольшом автомобиле, и тем не менее она вмещала всё необходимое для поддержания жизни экипажа почти две недели.
Стартовый комплекс 19 на авиабазе мыс Канаверал — площадка для всех двухместных полётов «Джемини». В правом верхнем углу видна белая комната, подвешенная на стреле обслуживающей мачты, опускаемой в горизонтальное положение перед стартом. Кабинет Гюнтера на комплексе 19 находился менее чем в четверти мили от стартового стола.
Астронавт Уолли Ширра шутит с Гюнтером перед отлётом на «Джемини-6».
Базз Олдрин помогает в подготовке «Джемини-9A». Корабль стартовал 3 июня 1966 года, чтобы доставить Тома Стаффорда и Джина Сернана на встречу с кораблём-мишенью Agena. Таблички над кораблём отражают юмор команды предстартового обслуживания. Магнит справа символизирует устройство слежения Сернана за Agena.