- Думаешь, такое возможно в наше время? – хмыкнул Артём. Позади меня раздался щелчок выключателя, и помещение превратилось в хорошо освещённую уютную гостиную, к которой примыкали четыре двери.
- Всё зависит от людей, - пожала я плечами, оглядываясь.
Конечно, я не ожидала увидеть роскошь в небольшом домике, в богом забытой деревеньке. Но и подобного увидеть я тоже не ожидала. Всё же это дом родителей мужчины, который входит в первую десятку в списке Forbes. Это издание любило Виктора, и писало обо всех его успехах и поражениях. А его родители жили здесь, в ветхом домике, со скрипящими полами, коврами на стенах, и мебелью советской эпохи.
Я несколько раз открыла и закрыла рот, пытаясь как-то описать свои эмоции окружающей меня вокруг обстановки. Артём всё это время смотрел на меня с ядовитой улыбкой, и ехидным взглядом. Не знаю, о чём он подумал, но я наконец-то задала вопрос, который вертелся в моей голове.
- Неужели твоему отцу нет дела до своих родителей? – в моём голосе явно прозвучала злость на того человека, о котором я говорила.
- Ну, почему? Отец купил родителям кучу недвижимости по всему миру, но они предпочитают оставаться здесь. Бабушка говорит, что здесь её мир, в котором она жила всю жизнь и желает в этом мире помереть, - выражение лица стала спокойным, ядовитая улыбка пропала, и говорил он о своих бабушке и дедушке с таким теплом, что я начала завидовать.
- Ну, хотя бы дом в порядок привести можно было? – продолжала я излучать своё негодование.
- Он пытался, но все бригады рабочих отправлялись дедом обратно к отцу.
Я лишь разочарованно помотала головой, совершенно не понимая этих стариков. Но отлично зная их упёртость. Моя бабушка до самой смерти не позволяла что-либо меня в её квартире. И даже счётчики на воду, чтобы коммуналка стала ниже, поставить не позволила.
- Ладно, это не моё дело. – Тяжело вздохнула я. Несмотря на раритетность обстановке, здесь было уютно, и тепло. – Какая из этих комнат ведёт в санузел? – перешла я на более актуальную тему.
- Та в которую ты только что вошла, - мне даже показалась что его улыбка способна посоперничать с ярким освещение гостиной.
Я лишь отвела глаза стараясь держать себя в руках и не закатить истерику, отсутствию которой я так радовалась ещё совсем недавно. Но видимо у меня открылось второе дыхание, потому что сейчас я готова была придушить Артёма.
- Так веди меня, - раздражённо сказала я. Выбора всё равно у меня нет.
Я стойко проследовала на улицу, и вошла в небольшое сооружение, которое служило уличными удобствами, и даже не издала ни звука, когда при освещение фонариком, который мне дал Артём, вокруг что-то зажужжало. Моя нужда была сильнее. Но как только я вернула свои штаны на место, из туалета меня просто вынесло. Я ещё какое-то время шла, передёргивая плечами в панике, что на мне кто-то остался из обитателей уличных удобств. Но кожей ощущала довольства Артёма, хоть и не видела его лица.
Понятия не имела, с какой целью он привёз меня сюда. Но решила, что все его планы разрушу своей выдержкой. Я покажу этому козлу, что меня не сломить какой-то хибарой в деревни, с туалетом на улице.
И пока я настраивала себя, на то, что я умница, красавица с огромной силой воли, на горизонте оказалась проблема номер два. В доме всего было две спальни. Одна хозяйская, в которую я из уважением к хозяевам занять не смогла бы не за что на свете. И спальня Артёма. Он отказался уступать мне её и спать в гостиной. Почему я выяснила позже, когда заявив, что сама займу этот диван и села на него. Наверное, на таких спали неандертальцы. Это же просто каменное ложе, как на нём не то, что спать, как на нём сидеть можно?!
- Если что в моей кровати два спальных места, - улыбнувшись, сказал Артём, направившись в свою спальню.
Нет, Оксана, ты сильная, ты выдержишь, - пыталась я убедить себя, устраиваясь на ночлег.
Вот только усталая от поездки спина решила по-своему. Мне казалось, что у меня разболелись разом все кости в моём позвоночнике. Провертевшись примерно ещё час, и так не найдя позу в которой мне было бы хотя бы сносно, я поднявшись взяла выделенную мне Артёмом подушку, и направилась в том направление, в котором скрылся он.
- А ты долго, - услышала я в темноте его голос. – Я ждал тебя ещё минут сорок назад, уже думал не придёшь.