- Тебе лучше? – спросил Тёма, когда я наконец-то подняла свою голову и посмотрела на него.
Я лишь кивнула, плотно поджав губы. Тошнить меня вроде перестало, но всё тело по консистенции напоминало желе, а в голове чувствовалась тугая боль. Пока я анализировала своё состояние, Артём помог мне подняться, и отвёл меня в ванную. Где включив прохладный душ, помог мне избавиться от единственного элемента одежды, что в данный момент был на мне, и отправил меня под прохладные струи.
Внутри словно что-то лопнуло, и сдерживаемое все эти месяцы напряжение, потекло горячими слезами, перемешиваясь с прохладными каплями воды. Как долго я так стояла, и глушила свои всхлипы водяным потоком, знает только Артём. Именно он отключил воду, и, завернув меня в полотенце, поднял на руки и вновь вернул меня в мою кровать…
Сегодня я не выспалась, что было для меня крайне удивительно. Все прошедшие месяцы со дня смерти мамы, я спала крайне мало. Ложилась поздно и вставала на рассвете, а сегодня мне было крайне лень просыпаться. Меня окутывало какое-то непонятное уютное тепло, от которого было даже жарко.
С трудом приоткрыв один глаз, и глянув на зашторенное окно, я поняла, что ещё совсем темно, а значит, проспала я не так уж и много. Я с неохотой попыталась избавиться из тёплого кокона одеяла, для чего повернулась в другую сторону, и встретилась с изучающим взглядом синих глаз.
- Какой чудесный сон, - протянула я руку, к мужчине, касаясь кончиками пальцев щетины на подбородке.
- Сон? – удивился Артём.
- Ага, - придвинулась я к нему плотнее, ощущая тепло его рельефного тела, и гладкость горячей кожи.
Конечно, это мог быть только сон. Откуда Артёму взяться в моей постели, да ещё и почти обнаженному. То, что мужчина в моей постели раздет не полностью, я убедилась, когда руками стала оглаживать его тело, и, пройдя ладонью по животу Артёма, помимо горячей кожи, рельефов пресса, и жестких волосков, наткнулась на ремень и джинсовую ткань.
- С чего ты взяла, что это сон? – спросил Артём, убирая мои руки от ремня, который они принялись расстегивать.
- Потому что ты не можешь быть реальностью, - захныкав, проговорила я, пытаясь вернуться к освобождению мужского тела от одежды. – И ты кажется очень плохой сон, раз до сих пор находишься в этом, - кивнула я на его джинсы.
Артем, усмехнувшись, перестал сопротивляться. Его руки отпустили мои, и заскользили по моему телу, прямо к груди. Сжав набухшие от желания вершинки, он лизнул мою шею, и стал проделывать языком дорожку к моим соскам. Я, в это время, постанывая от удовольствия, возилась с пряжкой на ремне.
Кончики пальцев аж покалывало от желания сжать в ладони его упругую возбужденную плоть.
- Да, что за чёрт, - пробубнила я, позволяя мужчине изучать своё тело языком.
Артём лишь весело хмыкнул, и вновь убрал мои руки от своего ремня, быстро и легко избавился от джинс. Мои руки тут же направились к желаемому объекту, но Тёма вновь не дал мне удовлетворить свои желания. Опрокинув меня на кровать, он навис сверху, и стал ласкать языком мою грудь, а его пальцы нашли влажное местечко между моих бедёр и проникли внутрь, срывая крик удовольствия с мох губ.
Извиваясь под умелыми движениями, подаваясь бёдрами навстречу пальцам Артёма, я пыталась наконец-то получить освобождение от напряжения внизу живота, но он играл со мной, подводя меня к краю и вновь отступая. Делал это до тех пор, пока я не стала умолять его, и только тогда он, избавившись от своих трусов, занял место между моих бёдер, и одним сильным толчком погрузился в мою влажность.
- Думаю, стоит позвонить отцу и сказать что я трахнул мамочку, - каким-то злым тоном прошептал мне на ухо Артём.
- Инцест дело семейное, но мне об этом знать не обязательно, - растерявшись, ответила я, разочарованно понимая, что возбуждение утихает.
Тут то, до меня дошло окончательно, что события, происходящие сейчас, - действительность, а не сон. И я в реале лежу под Артёмом, его член находится во мне, а он мне про секс с матерью говорит, и про звонки Виктору. Нелепость ситуации зашкаливала.
- Вот скажи мне Назаров, - смотря в его синие ледяные озёра глаз, сказала я, - почему каждый раз, когда ты занимаешься со мной сексом, всё время думаешь об отце? Меня вообще поражают твои мысли в это время. Я вот думаю только о том, как бы кончить.