Я медленно прогуливалась по городу, рассматривая старинные дома. Может, посетить в больнице моего незнакомца? Нет, пожалуй, не надо. А то этот псих-инспектор обвинит меня в воздействии на свидетеля. Я вздохнула. Надо было бросить этого клоуна на дороге. Из-за него у меня неприятности. А отпуск подходит к концу. И я бы не хотела эти последние его дни провести в этой дыре в обществе невзлюбившего меня полицейского. Может, стоило, всё же, позвонить консулу? Я махнула рукой – успеется. А пока хоть поброжу по этому захолустью. Можно же тут на что-то посмотреть? Я снова вздохнула. Весь этот городок я смогу обойти медленным шагом за день. А всё остальное время мне что делать?
Когда я вернулась в свой номер, мой чемодан уже был занесён внутрь. Заглянув в него, я выругалась: этот поганый хам засыпал порошком всю мою одежду. Интересно, какие отпечатки пальцев он хотел снять с хлопковой блузки? Не говоря о том, что уложенная мной аккуратной стопкой одежда была сейчас свалена в кучу, а разложенные по кармашкам вещи валялись по всему чемодану. Я начала методично раскладывать своё барахло на кровати. Что можно было отмыть с пластиковых конвертов и косметичек из кожзама я отнесла в ванную. Но чёрный порошок на одежде… Я понятия не имела о его составе и не знала, отойдёт ли он при стирке. Разыскав чёрно-белое платье, на котором порошок не бросался в глаза, я его встрянула, сбрызнула водой – утюга у меня не было. За то время, что я навожу порядок с остальными вещами, оно должно немного отвисеться и перестать выглядеть так, как будто я вырвала его из собачьей пасти. Затем подхватив своё пластиковое барахло, я расположилась в ванной его отмывать. Пожалев, что в номере нет плитки, на которой я могла бы прокипятить свою зубную щётку – чёрт знает, что с ней мог сделать этот мстительный хам? – я решила от греха подальше купить новую. Тюбик с пастой, мыльница, пластиковый пакет с туалетными принадлежностями, баночки с кремами и бутылочки с лосьонами всё это я отмывала в горячей воде. Нет, я не скупая, и вполне могла бы купить это даже в такой глуши. Просто я привыкла к определенной марке. И не хотела проверять, есть ли что-то подобное в этой дыре.
Беря в руки крем для лица, у меня мелькнула мысль: не капнул ли этот скот туда серной кислоты, чтобы мне разъело лицо, а он бы смог им вдоволь налюбоваться. Я открыла баночку и понюхала – пахнет кремом. С другой стороны, как пахнет серная кислота, я не знала. Но иных примесей в баночке я не заметила. Закрывая её, я одёрнула себя – это уже паранойя. Не дурак же этот Силва совсем? Если он мне как-то навредит, я же ему устрою вселенский скандал. Пусть он меня невзлюбил, но вряд ли у него настолько нет мозгов, чтобы развязывать Третью Мировую. И без того на эту роль любителей предостаточно…
Кое-как наведя порядок, я решила поискать химчистку в этой дыре. Однако, не застав консьержа за стойкой и бесцельно побродив по городу, я её так и не обнаружила. Вернувшись, я застала консьержа и обратилась к нему, вчерашнему парню за стойкой. Он не спешил с ответом, оглядывая меня с ног до головы. А меня взяло бешенство: каждый в этом чёртовом городке хочет с меня что-то поиметь. Если я туристка, это не значит, что у меня полны карманы денег или я переодетый гангстер!
- Если будешь продолжать пялиться, спрошу кого другого, - прошипела я, сжимая руку в кулак. Очень уж хотелось врезать по его наглой морде.
Он ухмыльнулся. Я молча развернулась и пошла к выходу. За спиной я услышала его фыркание. Никаких чаевых этот скот от меня не получит, когда буду съезжать из этого клоповника!
Выйдя на улицу, я разыскала вчерашнее кафе, где меня обслуживала милая девушка, проводившая потом до этой гостиницы. На моё счастье она работала и сегодня. Мой вопрос она встретила недоумением:
- А разве Фернанду не сказал вам? В той гостинице, внизу есть прачечная.