Словом, путешествие мне пришлось по вкусу: люди, еда, природа – всё меня вполне устраивало. А благодаря моим «визе» и «мастер кард» ещё и обслуживание было вполне приемлемым.
Перебираясь через Кордильеры и Толедские горы, я немного заплутала, и после Касераса и Бадахоса я уже ехала, не зная куда. Только ставшие вдруг не совсем понятными мне надписи и неожиданно плохо понимавшие меня люди заставили меня взяться за карту и понять, что я перемахнула границу и нахожусь в Португалии. Как назло бензин у меня закончился посреди дороги, и мне пришлось идти какое-то время пешком в поисках заправки или хотя бы деревни, где я могла вызвать помощь, поскольку телефон в этой местности ловил с большим трудом, и я ничего не слышала, кроме треска и отдельных междометий оператора. От отсутствия навыков долгой ходьбы, я потянула ногу. Пришлось остановиться дня на два-три в ближайшей деревне, неизбалованной иностранцами и туристами. Кое как расположившись в местной гостинице, я позвонила, куда надо и объяснила свою проблему. Часа через три моя машина была уже под окнами гостиницы с полным баком бензина, а я в очередной раз облегчила свою кредитку. Туго перебинтовав ногу, я устроилась на кровати с пультом перед телевизором, пробегая местные каналы. Первый день моего вынужденного безделья я решила не перегружать ногу и не беспокоить местных врачей – всего-навсего надо дать передохнуть мышцам. Во второй день, дегустируя разнообразные испанские вина, как-то поочерёдно малагу, аликанте, херес, мальвазию и мадейру, а так же не столь разнообразную кухню, я вслушивалась в разговоры жителей, пытаясь понять новый для меня язык и попрактиковаться в собственных знаниях. По большей части разговоры касались цен на мясо, зерно, масло, оливки, а так же церковных праздников и проблем местных жителей, которые были здесь хоть чем-то знамениты.
Когда третий вечер моего вынужденного безделья подходил к концу, и я собиралась уже подниматься в свой номер, под навес, где я проводила душные вечера в обществе местных жителей, вдруг забежал испуганный молодой человек и бросился к пожилому патриарху, молча смаковавшему испанскую водку.
- Они снова появились! – громко зашептал молодой человек. – Я слышал, как грохотали пушки!
Патриарх спокойно поставил стаканчик на стол и невозмутимо ответил:
- Сегодня годовщина сражения. Они просто обязаны сегодня воевать.
Молодой человек плюхнулся на стул рядом, но никак не мог успокоиться. Он о чём-то быстро и тихо заговорил с другими пожилыми сеньорами, которые величественно кивали головами. А он, то воздевал руки, выкрикивая «dios madre», то, склоняясь к ним и нахмурив брови, продолжал что-то говорить, жужжа и пришёптывая. Его речь была настолько быстрой, что я не успевала понять, о чём он говорил: всё-таки португальский язык отличался от испанского. Однако, когда он замолк, я поинтересовалась у окружающих, в чём дело, пытаясь как можно меньше коверкать их язык.
- В восемнадцатом веке недалеко, у Сальватиеры, к югу от Бадахоса, было сражение с французами, с маршалом Бервиком. В нём принимали участие и наёмники, которые предали своего командира. Они убили его в спину, а сами бежали в сторону неприятеля сдаваться. Но там решили, что это наступление, и перебили весь отряд. С тех пор каждый год призраки умерших повторяют это сражение. Если год ожидается несчастливым, то их можно даже увидеть.
Остальные патриархи покивали головами в знак согласия.