- Я просто хотел пошутить над коллегой! - горячился и без того еле сдерживающий нервозность и панику профессор. - Мне даже в голову не могло прийти, что они пойдут в пещеру сами, без никого. Они же опытные археологи, должны понимать все риски. Да и куда они могли пройти? Там, через десяток метров обвал породы. При всем желании протиснуться практически невозможно!
Руководитель спасательного отряда подтвердил слова Зургаана - пещера действительно упиралась в глухой завал. Казалось, операция зашла в тупик. Милиционер уже собрался сворачиваться, когда в лагерь вбежал запыхавшийся спелеолог. С помощью того же ассистента, Инга поняла, что спасателям удалось найти проход, который вполне можно расчистить. А люди без специального снаряжения могли протиснуться в него без особых усилий.
Во второе посещение, грот не вызвал у девушки того восторга, что в первый раз. Теперь ей все здесь казалось особенно мрачным и тревожным. Внизу суетились спасатели. Один из них провел их вглубь, и, подсвечивая мощным прожектором, указал на щель среди валунов. Она находилась в небольшом узком алькове, куда попасть Инга могла была только сложившись в три погибели.
- Если они ушли без особой снаряги, то этот пролом - единственный лаз внутрь, - пояснил он.
Жэгэй и спелеологи долго спорили о том, что делать дальше. С точки зрения спасателей, вариант был только один. И, к сожалению, он мог либо расширить вход, либо уничтожить его полностью, похоронив ученых за ним заживо. Профессор Зургаан отвел девушку в сторону:
- Понимаете, они не смогут попасть внутрь, если эту щель не увеличить хотя бы в два-три раза. А сделать это можно только контролируемым взрывом. Но риск… Инга Степановна, полагаюсь в этом полностью на вас. Если лаз завалит еще сильнее, на его расчистку уйдет больше суток. Может, Илья Иванович не настолько глуп? Может, они уже возвращаются и стоит подождать?
Инга яростно покачала головой.
- Давайте взрывать! И скорее!
- Хорошо. Они расчистят проход. А дальше? Если они до сих пор не вернулись, это может значить, что пещерные ходы уходят вглубь на неизвестно какую длину и глубину…
Волосы на голове девушки, как ей показалось, встали дыбом:
- То есть, вы хотите сказать, что не помните, что писали в своей “расшифровке”?
Зургаан замялся.
- Понимаете… там же был полный бред. Я, действительно, взял оригинальные строки текста с горшка, и притянул за уши их расшифровку. Поймите, все эти драконы с кучей голов и голые чудовища - это просто сказка. Да и сама она, в переводе, уже давно в библиотеке, в столице. Как мы ее сейчас достанем?
Инга устало присела на корточки. Закрыла ладонями лицо. Однако, через несколько мгновений просияла:
- Профессор, спросите у милиционера, когда он собирается в город. Я поеду с ним и позвоню одной знакомой в Улан-Батор. Она сможет достать то, что нам нужно и прочитать мне.
До городка Улястай оказалось всего около сорока километров, и уже через полчаса девушка тряслась по совершенно разбитой дороге в автомобиле. Уставший милиционер заранее предупредил ее о том, что обратно он не повезет ее ни за какие коврижки. Но и это не остановило ее в надежде на спасение своих знакомых.
Несмотря на то, что сорок километров на машине, это не так и много ехать пришлось бесконечно долго. Высадив девушку около здания почты, совмещенного с переговорным пунктом, милиционер дал по газам и исчез в клубах выхлопных газов и дорожной пыли. Сама почта ютилась в маленьком одноэтажном домике, казалось, еще дореволюционной постройки, и чем-то напоминало деревенскую хатку-мазанку.
Внутри Ингу ждало закрытое окошко с табличкой на монгольском. “Что-то типа, ушла на обед”, - подумала она, без зазрения совести стуча по стеклу. Окно приоткрылось, и за ним появилось лицо, по всей видимости, принадлежащее просто невероятных размеров женщине. И она была очень недовольна вторжением. Отчаявшись объяснить, что ей необходимо, Инга выдернула лист из блокнота, написала на нем номер телефона Алимы. “Улан-Батор! Позвонить надо! Срочно!” - тщетно пыталась докричаться она до владычицы окошка.
То ли увидев в глазах девушки панику, то ли просто сжалившись, телефонистка кивнула ей в сторону деревянной лавки, взяла номер и принялась его набирать. Оплатив услугу, донельзя вымотавшаяся и напуганная Инга присела на скамью. На другом ее краю безмятежно курил седой старик. Его подбородок украшали длинная, что называется - козлиная - борода и тонкие усы. Несмотря на жару, он был закутан в драный красный халат, причудливо украшенный черными и золотыми узорами. Голову его венчал не менее изношенный треух. На последнем, как кокарда, был прикреплен пионерский значок с профилем Ульянова-Ленина в языке пламени. Вонь от махорки, которую он курил, смешивалась с невероятным амбрэ от давно немытого тела местного сумасшедшего.