— О, — Гурий пару секунд сверлил девушку оценивающим взглядом, невольно зацепившись за небрежность в одежде (Кира чувствовала, как от стыда краснеют уши). — Вы секретарь?
— Да, личный секретарь шефа Эша, Кира Вальтер.
— Шефа? Вы его тут так зовёте?
— Что-то не так? — Вальтер насторожилась.
— Нет, но ко мне попрошу так не обращаться.
— Пф! Никто и не собирался! — усмехнулся Булыч.
Гурий проигнорировал это заявление.
— Кира, верно? Можно по имени?
— Да.
— Значит, теперь будешь моим личным секретарём. Устраивает?
— Вполне, — кивнула Вальтер.
Булыч снова только посмеялся:
— Какая ей разница, какому мужику кофе носить? Секретутка и есть секретутка.
Кира повернулась к нему, уже набрала в лёгкие воздуха и приоткрыла ротик, чтобы колко осадить невежу, но Гурий не дал шанса:
— Сержант! Непозволительно мужчине так общаться со слабым полом.
— Я вам ничего и не говорил.
По холлу прокатился смешок. Даже Вальтер скривила губы, силясь не улыбнуться.
Гурий дёрнулся, но через мгновенье снова скрылся за ледяной маской человека, который выше этого.
— Что ж, раз тебе неймётся, пройдём с нами, — Гурий поправил очки, отвернувшись от Булыча, всем своим видом давая тому понять, что его шутки никоим образом не задевают его достоинство. — Кира, веди.
— Как собаке прям, — заметил Иван.
— Закрой свой рот, — прошипел Гурий, проходя рядом с ним, и в тот момент его взгляд метал молнии. Через ступеньку он уже снова был как непреступная скала.
— Упырь… — выдохнул сержант, но, очевидно к счастью, услышан не был.
Свидетели этого занятного диалога постепенно разбредались по своим рабочим местам.
Кабинет погибшего шефа был опечатан. А чтобы любопытные не совали в него свои носы, была приставлена охрана.
— Мы ничего не трогали, только отнесли тело шефа в морг, — сказала Вальтер, когда Гурий зашел в кабинет.
— Хорошо, — задумчиво отозвался Эш-младший, осматривая кровавые подтёки на стенах, гильзы в засохших лужах крови, следы от когтей и перевёрнутую мебель. — Когда нашли тело? И кто?
— Около трёх часов утра. Нашла уборщица. Она пришла за ключами, так как замок в подсобке поменяли позавчера, а запасного ключа ещё не сделали.
— Она видела, кто это сделал? — Гурий подошёл к разбитому окну и выглянул. Ветер тут же растрепал его волосы и закинул за плечо галстук.
— Нет. Тело было уже холодным.
— Что-то пропало? — Гурий отошёл от окна, пригладил волосы, поправил галстук и ещё раз прогулочным шагом обошёл кабинет.
— Нет.
— Знаешь, что интересно? Окно в дребезги, но никто ведь не слышал, как оно разбилось, иначе бы тревогу забили раньше. Я прав?
— Правы, — согласилась Вальтер.
— А знаешь, почему никто не слышал, как разбилась эта стекляшка?
— Не тяни кота за самое сокровенное, резче! — прикрикнул из дверного проёма Булыч. С каждой секундой новый глава его только раздражал.
Гурий недовольно покосился на сержанта, но продолжил вполне спокойно.
— Окно открывается снизу вверх. И судя по засову наверху, оно было открыто. Неудивительно, ночи душные. Значит, убийца проскользнул в открытое окно, а мой отец, то есть командир Эш отстрелил петли, чтобы оно рухнуло на нападавшего. Звука выстрелов вы не слышали, потому что у него был такой же револьвер, — Гурий снова показал своё оружие. — Делали на заказ, стреляет вдвое тише обычного.
— Даже если выстрелы не слышно, рухнувшее кому-то на голову стекло разобьётся, и это было бы слышно! — запротестовал Булыч. — И кто сюда заберётся через окно — восьмой этаж, середина здания практически!
— Верно. Но убийца был ростом почти что с это окно, и он, очевидно, просто упал под тяжестью рамы (три метра почти, неудивительно), смягчив её падение. А стекла в ней полопались в ходе сражения. А забраться на восьмой этаж убийце не составило труда. Взгляни на стены! Это не человек!
— А кто же тогда?
— Вервольф.
— С чего вдруг?