Когда они поравнялись, Булыч услышал, как с губ ефрейтора слетело хриплое: «Грёбанное дежавю». Мужчина почувствовал, как тяжелое чувство с плеч Ботт переходит на его тело и душу.
Группа в новом составе отправилась обратно. Скорбная тишина повисла над ней, заменяя собой непроглядный туман, который с каждой минутой становился всё гуще. Вечерело.
Спустя пару часов пути келпи стал заметно нервничать. Он то и дело оглыдвался по сторонам и двигал ушами, как собака. Несколько раз к чему-то принюхивался и по-лошадиному фыркал.
— Что с ним такое? — на всякий случай шёпотом спросил Булыч у Лины.
— Кто знает… — Ботт пожила руку на пистолет, но, подумав, что вряд ли он будет работать после купания, положила ладонь на рукоять ножа. — Грибами несёт…
Вдалеке послышался шорох и треск. И с каждым шагом людей, он был всё ближе.
— Напоминает разборки у дорожных путей, — шепнул Булыч. — Только, почему-то, не страшно.
— Потому что это не наш дикий ветер, — ответила Ботт, медленно достав клинок из ножен.
— А кто?
Группу стали окружать мужички. Невысокие, с лиловыми носами и в забавных красных панамках, походящие на шляпки грибов.
Только теперь, вместо угощений, пусть и отравленных, они разевали свои чёрные пасти, истекая слюной, хрипяще рычали, а маленькие крысиные глазки наполнились кровью.
— Дубовики!..
— На охоту вышли!.. — догадался Булыч, вскидывая ружьё, совсем забыв, что оно бесполезно.
Дубовики окружали их, не давая и шанса на спасение. Даже келпи заметался, зная, что эти существа не брезгуют любым мясом, будь то человек, келпи, просто проходящий мимо зверь или их же ослабевший или раненный товарищ.
— Прекратите сию же минуту! — пронёсся сквозь туман властный мелодичный голос.
По округе тут же пронёсся странный шепоток.
В молочной дымке тумана стали появляться силуэты. И вокруг них, казалось, туман становился светлее и прозрачнее.
И через мгновение на обозрение путников и дубовиков из тумана вышли русалки, вместе со своей королевой — Вилой.
— Сейчас же прекратите, стражи! Охотьтесь на кого-то другого! — Вила взмахнула рукой. Прогоняя дубовиков.
Те сначала рычали на старшую русалку, но Вилла была непреклонна. Она сорвала с одно из мужичков шляпку. За считанные секунды та сгнила в нежной ручке, не оставив и следа, растворившись грибным зловонием.
— Я не только предсказываю смерть, но могу и отдать вас в её владение! — возвестила Вила. — И я не потерплю неподчинения! Вы — стражи нашего леса, однако уже поздно ловить нарушителей. И тем более, охотиться на них, как на добычу. К тому же, это отныне наши дорогие гости, спасшие одну из нас. Пошли прочь, сыны гнили!
Дубовики стали пятиться, кряхтя, как настоящие старики. Вскоре их уже не было ни видно не слышно, а запах грибов исчез вовсе, уступая сырости.
— Благодарю за спасение, — кивнула Ботт. — Не знала, что вы хозяйка этих мест.
— Это вышло случайно, — Вила вмиг сменила гнев на милость и, казалось, была смущена. — Просто, защищая своих дочерей, получилось так, что я защищаю всех обитателей этого тумана. А те, в благодарность, поддерживают меня.
— Этого всё равно не каждый добьётся. Благодарю ещё раз, нам пора!
— Постойте! — Старшая русалка встала на пути ефрейтора. — По правде говоря, я обеспокоена, что вы вот так похищаете келпи. Хоть и у нас с его родичами бывают распри из-за пресной воды, но вот так забрать кого-либо… Я не могу позволить.
— Я вас понимаю, но уверяю, что в Нэро келпи лишь допросят, и я верну его живым. Хоть он и погубил нашего товарища, — в полголоса добавила Ботт, взглянув на юношу со всей ненавистью.
Вила отошла, опустив голову.
— Я поняла… — скорбным тоном проговорила русалка. — Я сейчас же пошлю своих дочерей к озеру келпи. Если что-то будет в наших силах, клянусь, что верну вам вашего товарища.
— Благодарю, — кивнула Ботт, однако оставалась мрачнее тучи.
Она не верила, что Джек мог остаться жив. Не смотря на то, что озеро келпи безусловно отличалось от обычного водоёма, но парень утонул в чёрной пучине. И возможно уже разодран другими водяными лошадками.