— Ого! — только и смогла сказать механик. — А как ты будешь переделывать патроны под дротики?
— Думаю, это лучше увидеть, чем слушать объяснения, ты же механик, — с улыбкой ответил Максим. — А я, считай, раскрываю тебе некоторые снайперские секреты.
— Поняла, буду держать в секрете, от братьев по цеху — оружейников, даже если мне очень понравится! — посмялась Юки.
Вернулась Вальтер. Принесённые ей дротики тут же пошли в ход. Максим ловко и умело разобрал и их, и стал совмещать, казалось, несовместимое. Всё шло достаточно гладко и быстро, но в какой-то момент архивариус заметно занервничал.
— Что такое? — спросила Вальтер.
— А есть кусачки у кого? — без особой надежды спросил архивариус. Ну кто может носить с собой кусачки? Но нашёлся такой человек.
— Пф-ф! — ответила Широ и, порывшись в многочисленных карманах своего комбинезона, извлекла на тусклый свет архива кусачки. — Держи.
— Спасибо. А есть длинный гвоздь или шило?
— Было, — Широ снова проверила свои карманы. — Вот, держи.
— Премного благодарен! — Архивариус, казалось, продолжил работать с новыми силами.
Вальтер, наблюдая эту картину, осторожно спросила у механика:
— И... много ты на себе таскаешь?
— Ну... По-разному, — как ни в чём не бывало, ответила Широ. — В среднем, порядка пяти килограмм.
— Охренеть, — удивлённо выдохнула Вальтер, совсем забыв, что кипы бумаг, которые приходится разносить по отделам, весят иногда столько же.
Вскоре архивариус закончил со своей частью работы, и троица начала собираться на дело, возможно, последнее.
Солнце клонилось к горизонту, небо постепенно меняло цвет с лазурного на медовый с примесью свиняче-розового. В этом свете силуэты мужчин и женщин сливались в одно, деревья становились монстрами, дома соединялись в одну непонятную массу.
— Так, отсюда я отправлюсь на свою позицию, — сказал Максим. — Давайте ещё раз повторим план. Кира выманивает охранников наружу. Я усыпляю их. Потом Широ освобождает келпи, и они вместе сбегают за пределы Нэро.
— Да, я знаю все безопасные лазейки в Нэро, — кивнула механик. — А у станции меня прикроют свои. Мы, механики, весьма сплочённые ребята.
— Всем бы так, — вздохнула Вальтер.
— Действуем! — приказал Максим.
Все поспешили занять свои места. Юки нашла себе укромное место, Максим поднялся на крышу бывших доков. Вальтер же, как ни в чём не бывало, быстрым шагом, направилась к тюрьме. Когда до неё оставалось ещё шагов тридцать, девушку вышел встречать надзиратель.
— По какому поводу? — спросил он, недовольно сложив руки на груди.
— В смысле — «по какому»?! — изображая искреннее возмущение, едва не крича, спросила Вальтер. — Мне за вас документы заполнять? Вы тут чисто на энтузиазме работаете? Могу уйти! У меня и без вас дел хватает, знаете ли.
— Да успокойтесь, тише, — надзиратель поднял руки в примирительном жесте. — Что от меня требуется?
— Мне нужны ваши подписи на этих документа, — секретарь продемонстрировала толстую папку, наполненную, конечно фальшивыми документами на первых страницах, и просто пустыми листами на следующих. — Все, кто работает сегодня сверхурочно, должны поставить здесь свои подписи.
— Пройдёмте? — надзиратель открыл дверь и отошёл, пропуская секретаря вперёд.
Вот только девушка не сдвинулась с места.
— Вы хотите, чтобы я, личный секретарь командира Гурия Эша, хрупкая девушка, в конце концов, спустилась в эту сырость? На каблуках? Хах! Нет уж! — девушка скрестила руки на груди, обнимая папку, и демонстративно отвернулась.
— Хорошо, сейчас всех позову. Только прошу, спокойнее, — недовольно проворчал мужчина.
Едва тюремщики стали выходить, издалека, тихим эхом, раздался выстрел. Надзиратель с тихим стоном, пошатнувшись, рухнул на землю. Вальтер вздрогнула. Если бы она не знала, что это патрон со снотворным, решила, что архивариус на самом деле решил всех поубивать.