— Я хочу тебе рассказать, как это было, — хрипит Элисон.
Парень в чёрном молчит, ещё немного и у мамы закончится кислород.
— Да послушай же ты ее, — кричу я, но он не удостаивает меня своим вниманием.
Мейсон стискивает мой подбородок, а затем склоняется к шее.
— Ни слова больше, — шепчет он.
Рука все сильнее сжимает мой подбородок.
Тьма все крепче обвивает Элисон, стискивая шею.
— Мама, — кричу я, несмотря на слова Мейсона.
Грубая рука парня опять оказывается на моем рту. Мои слёзы заливают все вокруг. Мне чертовски страшно.
Но затем тьма, обвивавшая Элисон, начинает рассеиваться.
— Говори, — его яростный взгляд устремлён на Элисон.
Мама выдерживает его взгляд, а затем начинает.
— Вы с Полли охотились на нас. Ты думал, что убил меня, но у меня внутри уже была кровь вампира. Кровь вампира в моем организме меня и спасла. Точнее, лишь частично спасла. Я стала вампиром. У меня плохо получалось контролировать себя, а когда ты схватил Деметра, я была в ярости. Полли хотела убить его так, как вы убивали других вампиров, — Элисон ненадолго замолкает, обдумывая сказанное. — Когда Полли собиралась убить Деметра, я не смогла больше стоять в стороне. Мне пришлось это сделать. Она была первой, кого я убила. И несмотря на то, что она была ужасным человеком, я все равно чувствую вину за то, что сделала, — Элисон смотрит в мою сторону, но не на меня. — Моему поступку нет оправдания, но я все равно хочу извиниться перед тобой, — она смотрит на Мейсона.
Элисон резко замирает, я понимаю, что что-то не так. А затем я замечаю острые чёрные когти выходящие из низа ее живота. Я кричу, извиваюсь в хватке Мейсона. Лицо Элисон кривиться от боли, но она продолжает. — Извиниться за то, что отняла у тебя мать, — по ее щеке стекает слеза, рот заливается кровью.
— Мама! — я истошно кричу, руки Мейсона обвивают мое тело, оттаскивая назад.
— Можешь попрощаться со своей мамашей, — дыхание Мейсона опаляет ухо.
Парень в чёрном резко достаёт руку из Элисон. Длинные острые когти тут же превращаются в облако чёрного дыма.
Ноги мамы подкашиваются, но она пытается устоять. Элисон хватается за живот, зажав рану, из которой вовсю хлещет кровь.
Сильная рука запрокидывает мне голову, оголяя шею.
— Я убью ее, — рычит Мейсон, больно ухватывая меня за волосы. — Прямо у тебя на глазах, Элисон, — он стискивает челюсть.
— Не смей прикасаться к Мелиссе, — рычит Элисон.
— Уже прикоснулся.
Я вздрагиваю, когда два острых клыка вонзаются в место, где у меня бьется пульс. Мое тело пронизывают судороги. Тело дрожит от дикой боли, а затем оно обмякает. Сил сопротивляться не остаётся. Кровь каплями скатывается по моей шее. Глотки Мейсона большие и невероятно быстрые, отчего мое сознание тут же туманится.
Я смотрю на Алекса, лежащего на полу, а затем перевожу взгляд на маму. Зажав рану на животе, она бросается ко мне.
Клыки вонзаются глубже. Я чувствую, как рвутся мышцы, мое тело разрывает резкая боль. Он прижимает меня сильнее и вгрызается ещё глубже. Так, что я начинаю чувствовать во рту металлический привкус.
Веки тяжелеют, мои глаза слипаются. Я делаю усилие, чтобы приоткрыть их снова.
Парень в чёрном взмахивает рукой, а затем ноги Элисон отрываются от земли. Рот заливается кровью, и мои веки окончательно слипаются.
🖤Видение🖤
Я оказываюсь в тёмном коридоре. Бегу вглубь него, но не вижу конца. Оборачиваюсь. За мной чёрная стена.
— Где я, черт возьми? — пол застилает белый дым.
— Мелисса? — я замираю, услышав его голос.
Я не могу поверить своим глазам. Как и человек, стоящий передо мной.
Не могу сказать ни слова. Потому что все напрочь вылетает у меня из головы.
Парень проводит руками по своим светлым волосам. На его лице удивление, уголок рта приподнимается.
Пару минут мы стоим, оглядывая друг друга и пытаясь поверить в происходящее. А затем я кидаюсь ему в объятья.
— Я думала, что никогда больше тебя не увижу, — шепчу я, уткнувшись в его грудь и вдохнув его родной запах.
— Поверить не могу, что сейчас обнимаю тебя. Все это время я скучал по тебе, лисёнок, — парень проводит рукой по моим золотистым волосам, прижимая к себе.
— Мне не хватало тебя, Сандр, — я поднимаю на него свои глаза.
Его небесно-голубые глаза такие же, как прежде, только теперь в них отражается ещё больше боли. С той ночи Сандр не изменился. На вид он чуть старше Алекса. Теперь особенно видна их схожесть.
— Ты так выросла, Мелисса. Помню тебя ещё той маленькой проказницей, которая заставляла меня есть клубничное мороженое по ночам, — на его лице появляется улыбка.