— Ненавижу тебя! — через комок в горле говорю я, смотря на неё.
Девушка натянуто улыбается и покидает комнату.
Я минуты две стою просто в шоке. Я надеюсь, что девушка передумает, вернется, скажет, что это был дурацкий розыгрыш, глупая шутка, но этого не происходит. Она не возвращается.
Что я сделал не так?! Я опять ее потерял.
У меня будто забрали воздух. Я не могу. Не могу опять это допустить. Меня просто разрывает изнутри. Подкатывает комок ярости, когда в мыслях всплывают ее слова:
— Я этого хочу, Сандр. Это мое решение.
Я сжимаю ладонь в кулак, после чего не размыкая бью по стене. Не перестаю бить, пока кисть руки не превращается в какое-то месиво и не оставляет кровавые следы на белой стене. Просто отвратительно выглядит со стороны. Черт, и когда я успел стать такой тряпкой? Это все она. Джулия сделала меня таким. Пусть и совершенно не осознанно, пусть и совершенно не желая этого, но сделала. Сделала меня тем, кем раньше я быть совершенно не желал. Из безжалостного, черствого и ничего не чувствующего ублюдка, которому плевать на всех, кроме самого себя, она сделала из меня человека.
Я сметаю вещи со стола. Все с грохотом падает на пол. Хватаю стеклянную вазу, стоящую на тумбочке, и с размаху кидаю ее об стену. Она разлетается на кучу маленьких осколков.
Успокоившись, я выхожу в коридор. Ноги сами ведут меня к ее комнате. Я дотрагиваюсь рукой до гладкой поверхности двери. Может у меня получится хоть что-то исправить? Может получится ее переубедить? Узнать, почему Джулия решила, что так будет лучше. В любом случае, мне нужно извиниться перед ней.
Я стою у ее двери, собираясь духом. Делаю шаг. Моя нога наступает во что-то мокрое. Я опускаю голову и вижу, что весь пол залит водой. Я открываю дверь и бегу в ванную. Замираю, когда вижу ее.
И вот хрупкое, ещё тёплое тело, лежит в ванне в нескольких метрах от меня. Ее рука свисает с ванны, с неё стекают густые капли крови. Чёрной крови. Все превращается в черноту, будто маня все самое страшное. Мир останавливается.
Я судорожно подбегаю к ней, нащупываю пульс. Его нет! Истерично пытаюсь позвать кого-нибудь на помощь.
Я дотрагиваюсь до ее ещё тёплой руки, на которой надето кольцо и прижимаю руку к сердцу.
Сжимая твою ладонь своей я всегда до трясучки боялся ее отпустить. Тогда я ещё и не подозревал, что когда-то мне придётся окончательно осознать, что ты больше никогда не возьмёшь меня за руку.
— Джулия, не оставляй меня.
Ее голова откидывается назад, но она не отвечает. Ее лицо белое и неподвижное. Глаза закрыты. Как будто она сейчас спит, только вот сердце уже не бьется. Слёзы начинают литься из моих глаз.
Я чувствую, как бледнеет мое лицо. Воцаряется такая тишина, что каждый из моих судорожных вздохов кажется мне оглушительно громким. Меня охватывает дрожь. Я начинаю задыхаться. В глазах начинает мутнеть из-за слез.
— Она умерла! Джулия умерла! И была мертва все это время, а я...
Я понимаю, как чертовски облажался. Не следовало ее отпускать.
— Это я виноват. Это все из-за меня! — кричу я, опустив голову ей на грудь.
Ее рука все ещё зажата моей и крепко прижата к моей щеке. Все не должно быть так...
Я закрываю веки. Все темнеет.
***
Утро. Я просыпаюсь на кровати, которая находится на первом этаже. Со вчерашней ночи я смутно что-то помню. Открываю глаза, передо мной сидит Элизабет.
— Что ты здесь делаешь? — вылетает у меня.
— Мы с Уильямом сразу примчались сюда, когда узнали, что произошло, — девушка сидит вся поникшая.
Я сильно зажмуриваюсь и тру руками глаза, громко выдыхая. Это было похоже на ночной кошмар, ужасный кошмар. Такие сны, когда ты летишь в пропасть и не можешь ничего сделать.
— Элизабет, скажи мне, что это был сон, — судорожно говорю я.
— Нет, Сандр.
И вместе с этими словами потухла последняя искра моей надежды.
Я чувствую, что мое сердце разрывается на куски.
— Зачем она это сделала?! Зачем?! Как я мог это допустить! Черт, мы должны были пожениться! Я не смог ее спасти.
В тот вечер я в последний раз посмотрел в глаза Джулии. Сколько печали и тоски было в этих глаза, а она стояла и улыбалась. Она смотрела словно сквозь меня таким растерянным взглядом, что я просто не знал, что мне делать. Вчера я впервые увидел ее такой. Она нуждалась в моей помощи, но я этого не заметил. Почему я не обнял ее крепче, не прижал к себе? Почему не остановил?