— Но, Ирина, - прошептал орк уже пустому помещению, - я ничего не понимаю в твоих записях, - он посмотрел на верхний лист, мелко исписанный бисерным почерком, - мне не знаком этот язык.
*****
Все шло слишком хорошо. Настолько слишком, что это пугало. Я крепко запирала двери, ведущие на палубу с каютами пассажиров. Команда оказалась хорошо обученная и соблюдала все предписанные мною правила. Корабль имел странное строение, схожее с круизными лайнерами моего мира. Наряду с каютами на правом борту судна находилось обширное закрытое пространство. Именно там и прогуливались мои клиенты, игнорируя полностью открытое пространство верхней части корабля. При желании в хорошую погоду некоторые панели можно было убрать, и борт частично открывался, образуя некое подобие балкона. Именно тут по легенде и пожелали провести все время путешествия семейные пары мастеров. Матросы удивленно улыбались, но все принимали молча. Им, по сути, было все равно, у них работы всегда хватало.
Сама я тоже появлялась как можно реже наверху. Только проследить за чем-либо или распорядиться по пожеланиям господ. Прошло пять дней нашего путешествия, а с капитаном мне так и не довелось познакомиться. Вначале это беспокоило, но когда я поняла, что это даже к лучшему, успокоилась. Матросы бегали босыми ногами по палубе и часто выкрикивали. Из их слов я поняла, что они передавали друг другу слова или приказы капитана Хантера. Из чего сделала вывод – капитан имеет место быть, это раз. Капитану мы не интересны, это два. Ну и прекрасно! По плану нас должны были раскрыть не раньше чем через сутки после отплытия, я даже истерику с криками и словами прорепетировала. Мольбы придумала, как и на что можно сильнее надавить, чтобы вызвать жалость. Особенно комично это выглядело, как мы все вместе с ребятами репетировали наши пламенные речи в моей каюте. Смеху было столько, что пришлось некоторых успокаивать.
Морок рассказал, что среди матросов должен быть его старый приятель. Они общаются не часто, но человек надежный. Приметы оставил, описал примерную внешность и сказал тайный пароль. От него я могу получить посильную помощь в непредвиденной ситуации. В крайнем случае, он первым выступит в нашу поддержку, если нас решат выбросить за борт. Это уже было не плохо. В толпе всегда должны быть те, кто заранее на твоей стороне, так легче добиться успеха.
Не нравился мне только взгляд господина Хауса. Этот первый помощник капитана слишком подозрительный тип. Свое положение он оправдывал сполна. Я видела уважение и почтение к нему матросов. Его слушались беспрекословно. Именно он и оказался судовым врачом. Это единственное разочарование постигшее меня до этой минуты. Зная, теперь кто врач, я не могла обратиться к нему за помощью.
Второе разочарование меня накрывало именно в данный момент. Я стояла у входа на нашу палубу и внимательно рассматривала матросов. Искала своего гипотетического помощника. Описание Морока оказалось крайне не точным. Под описание его товарища не подходил только первый помощник капитана. Все как на подбор, одинаковые на столько, что со спины и не различишь, особенно в сумерках. Скривилась до боли в челюсти. Они что клоны? Все как на подбор – как говорилось в одной сказке – двое из ларца, одинаковы с лица? Лица разные, цвет кожи смуглый, но тоже гамма оттенков. Все темненькие, блондинов нет. Улыбчивые стали, особенно когда заметили, что рассматриваю их.
— Вышли пофлиртовать с матросами, госпожа? – вырвал из печальных мыслей голос Хауса.
— Я задумалась, - отвернулась от первого помощника, чтобы скрыть насколько разочарована, - и если ваши матросы решили, что я флиртую, то мне даже страшно представить, что они подумают, когда я улыбнусь. Решат, что влюбилась?
— Нет. Они решат, что вы стали доступнее и ринутся покорять вас.
Разговаривать с первым помощником мне не нравилось. Решила вернуться в каюту и выйти когда совсем стемнеет.
— Учту, господин Хаус. И чепец закалю еще крепче.
Ненатурально широко улыбнулась и закрыла за собой дверь. Не успела сделать и трех шагов тут же услышала.
— А девушка аппетитная, да док?
— Не для твоих зубов, Норк, - грозно огрызнулся Хаус, - она порядочная госпожа.
— Порядочная сидит дома и рожает мужу детишек, - раздался рядом голос другого матроса, - а эта цену себе набивает больше. Скоро начнет зарабатывать в наших гамаках. Чур, я первый!