— Мое имя Элль.
Улыбнулась и вновь протянула ладошку.
— А меня Ириной зовут.
Матрос тоже улыбнулся и уже увереннее взялся за мои пальчики.
— Мне кажется или это так на самом деле – задала вопрос, - имена всех матросов состоят исключительно из четырех букв?
Элль улыбнулся и даже слегка склонил голову.
— Ты удивительно наблюдательна для женщины Ирина.
— Еще бы, - ответила с напускной гордостью, - четыре высших образования!
Элль резко оглянулся по сторонам, как - будто в поисках того, кто нас может подслушивать. А я уже поняла, что вновь сглупила. Ну какое образование и женщин этого мира? Где их и за человека-то не всегда считают.
— Что? – переспросил он.
— Я говорю, всегда отличалась умом и сообразительностью, - сделала жалкую попытку исправиться.
— Поэтому и ввязалась в опасную авантюру?
— Жизненно важную! – подняла вверх указательный палец. – И мы что на ты?
— Ты против?
— Нет, все в порядке. Так даже лучше.
Мы прошлись до носа корабля и остановились на том месте, где стоял Элль.
— Да, - выдохнула от восторга, - здесь еще захватывающе смотрится.
— Прости, что принял за проститутку. Обычно девушки гордятся своим ремеслом.
— Все в порядке. Я вообще в начале решила, что ты тролль.
— Что? Да ты тролля видела когда-нибудь?
— Нет. Но я видела орков. Настоящих. А ты не похож на остальных матросов. Не знаю как остальные, но мне сразу бросились в глаза некоторые различия.
— Заметила?
— Говорю же, умна и сообразительна.
Мы вместе рассмеялись. Потом Элль описал мне, как выглядят тролли. То, что вышло в итоге, ну никак не могло походить на матроса. Столько я не смеялась уже и не помню сколько. У меня слезы текли по щекам, а горло перехватывало от спазмов. Меня очень часто веселил Илья. Он вообще знатный выдумщик на разного рода шутки. Но ему обычно приходилось изрядно потрудиться, чтобы вызвать мою улыбку, не говоря уже о заливистом смехе. А тут хохотала как наивная дурочка. Эта мысль меня и напугала. Я резко остановилась, извинилась и быстро ушла к себе.
*****
Вечерние прогулки прекратила, дети уже стали уставать от затянувшегося путешествия и сидения на одном месте. Все время проводила с ними. Синяки под глазами матросов проходили удивительно быстро, уже через несколько дней от них ничего не осталось. Мне пришлось выйти на верхнюю палубу, чтобы заказать кипяток. Тезею снова плохо, мне необходимо заварить обезболивающую траву. Все становилось совсем не весело.
Пробегавший мимо матрос широко улыбнулся и подмигнул. Я стояла и не знала как реагировать. Все мои действия могли расцениваться не правильно. Всегда любила правила и мне обычно нравилось их соблюдать. Но нравы здешнего мира поражали своей грубостью, наивностью и дискриминацией по отношению к женскому полу. Прямой взгляд могли расценить как дерзость и вызов. Глянь я так на свекровь, меня могли выпороть. Ну и что, что мне двадцать с лишним лет. Подошел помощник кока и протянул фляжку, замотанную в плотную ткань. Быстро поблагодарила и схватила флягу. Паренек лет семнадцати улыбнулся и резко сорвался с места. Я осталась стоять как вкопанная. На месте паренька как столб вырос Хаус. Он что стоял у того за спиной?
Личный помощник капитана внимательно смотрел на меня. Его изучающий взгляд буквально ощупывал с ног до головы.
— Не прилично так пялиться, – сделала два шага назад.
— Я зашел узнать, как идут дела. Все ли в порядке?
— Да, да, конечно. А что может быть не так?
— Капитан интересуется. Не желают ли господа прогуляться по верхней палубе. Скоро будет праздник равноденствия. Будет много интересного.
часть 16
Были бы мои глаза еще больше, то расширились бы на все лицо. А так всего округлились на половину. Капитан интересуется нами. Катастрофа приближается. А я так уже привыкла, что все идет хорошо.