— Это будет самая замечательная столица, - восхищенно вскинула руки госпожа Свон, - какой еще свет не видывал.
— Это бред какой-то! - хлопнула ладошками по столу.
Подействовало, все разом замолчали и вопрошающе уставились на меня. Только странный мужчина преспокойно сидел и также подозрительно улыбался.
— Мы раньше с вами точно не встречались? – что-то неуловимо знакомое в нем было.
Его улыбка стала чуть шире.
— Однозначно, нет.
— А мне кажется, я вас уже видела. Только не могу вспомнить где?
Он вместо ответа вытянул очередной листок и уже привычно уложил его на стопку остальных. Усмехнулась и вопросительно посмотрела вначале на листок, а после и на мужчину. Так хотелось спросить, где они спрятали скрытую камеру. А после бы вместе посмеялись над моей растерянностью и комичностью ситуации. Но все гораздо печальнее – нет тут скрытых камер и это не передача розыгрыш.
— Я. Ничего подписывать не буду, - отодвинула стопку листов подальше от себя, - мне не нужно никакое княжество. Какая из меня княгиня! Это просто смешно!
Но вместо ответа я получила очередной листок. Этот отличался от остальных и качеством бумаги и выписанными цветными вензелями в начале каждого абзаца. По периметру бумаги был вычерчен кант кроваво красного цвета, а печать внизу темно зеленого цвета. Эта бумага была явно самой главной. Меня со всех сторон обступили Своны, и одновременно загомонили. Общего смысла разобрать совершенно не смогла, только отрывочные фразы.
часть 22
— Я главный в новом роду! – выкрикивал Петер.
— Нам нужно больше семей для скорейшего развития подданных, - выхватила слова госпожи Свон.
— Я возьму на себя все управление княжеством, - говорил спокойно Иржик.
— Нужно решить, кто останется в Думе, нам необходимо открыть несколько лавок, - говорил степенно господин Свон. На его голове еще оставалась повязка, но теперь она была гораздо уже.
— К нам завтра примкнут Своны из Пастуса, - ответила ему жена, - они пусть и остаются.
— Ходатайство о подданстве уже у меня, - покачал головой Иржик.
Мать радостно взвизгнула и крепко обняла сына.
— Стоп! Стоп! Стоп! – замахала руками, как - будто разгоняя стаю мух с варенья, - что за разговоры такие?
— Решаем первостепенные задачи, княгиня, - ответил мне Иржик.- Вам интересно знать что, предпримется в первую очередь в становлении вашего княжества.
— Нет мне не интересно, - развела руками в стороны, - и хватит все решать не понятно о чем. Я сказала, что ничего подписывать не стану. Вам надо, - взяла все листки и вручила Иржику, - вы себе княжество и организуйте. Свое собственное, пусть даже с таким названием. Меня сюда приплетать не нужно, ладно?
— Тут указано, - постучал длинным пальцем незнакомец, - что вам и не обязательно подписывать.
Уставилась на его перстень. Огромный камень насыщенного синего цвета. Я бы сказала, что это сапфир, невероятной каратности. Но присмотришься, и тут же всплывают фиолетовые нотки цвета. Я как завороженная всматривалась в глубину камня и уже даже не все улавливала в словах мужчины.
— Документы все проверены и заверены подписями и печатями, - вещал голос, а я, не мигая, смотрю на перстень. Такой красивый и такой странный.
— Право подписи первостепенно установлено за супругом.
— А? - вырвало меня из оцепенения последнее слово, - простите, не расслышала?
Иржи взял лист с вензелями и положил его передо мной.
— Документ, - продолжил говорить незнакомец, - удостоверен подписями составителя и полномочного заверителя Диэтилениэлля Триэтаноламин и Эллеутероэля Залесского. Непосредственного, так сказать, подписанта документа.
Проморгалась и уставилась в написанное. Мне в данном документе ничего не было понятным. Слова все были написаны странными вензелями. Говорить я могла изначально, но вот умению распознавать местную пропись меня учили Сором и Морок. Однако я не знала, что особо важные документы написаны так витиевато и кружевно, я бы сказала. Буквы я плохо угадывала из-за множества дополнительных крючочков и хвостиков. Прищурилась и прошлась по всем строкам. Ничего.
— Диметил, диэтил, тританол это где написано? – подняла глаза на Иржика.