Кроме того, виднейшие сановники королевы на свой счет нанимали довольно серьезные отряды по несколько сотен человек. Следует отметить, что во время гражданской войны в середине XVII в. именно эти отряды кавалеров (как тогда называли дворян), составленные из самих дворян, имевших обычно определенную военную подготовку, и их слуг, часто выполнявших на местах обязанности полиции (большую часть должностей на местах занимали дворяне), показали неплохую боеспособность.
Сюда же следует прибавить немногочисленную гвардию королевы и наемные отряды.
К сожалению, точных данных об фактической численности армии Елизаветы не сохранилось.
Тем не менее представляется что армия примерно в 70 т. человек- т.е. порядка 50 т. ополченцев+ 20 т. дворянских отрядов и королевских частей, представляет собой силы, который смогла мобилизовать Елизаветинская Англия.
На основе собрания ополчений предусматривалось формирование нескольких армий- северной (для защиты северных графств от возможной высадки испанцев и вторжения шотландцев), ополчений приморских графств, который оставались в своих родных местах, и двух центральных армий, сосредоточенных около Лондона.
Была создана система система сигнальных огней, ополчение атакованного графства должно было получать помощь от соседних.
Главную роль должны были сыграть армия королевы, сосредоточенная около Лондона, включавшая минимум 10 000 человек (лондонское ополчение). Здесь же вероятно были другие ополчения, отряды дворян и гвардия королевы. Неподалеку, в Тьюсбери, около устья Темзы, была сосредоточена вторая армия под командованием графа Лестера- 16.5 т. пехоты и 1 т. конница. Поскольку армия королевы была самой большой, представляется, что под ее командованием было не менее 20 т. человек.
Еще одна армия, то же порядка 20 т. человек, была сосредоточена на севере Англии,
в месте расположения католического меньшинства и неподалеку от шотландской границы.
Таким образом мы снова выходим на численность английской армии (с учетом отрядов в графствах) в размере примерно 60-70 т.
В целом, в случае высадки испанцев в любой точке англичане могли достаточно быстро стянуть туда 5-15 т. ополченцев из данного графства и его соседей. Так в графстве Кент общая численность ополчения достигала 10 т., хотя боле-менее боеспособными (вооруженными и имеющими минимальную подготовку) там было не более половины. Затем последовала бы переброска подкрепления из Лондона, дополненные ополчениями соседних графств, т.е. до 50 т. бойцов.
Судя по всем известным данным, англичане действительно были готовы драться, дух ополчения был весьма высок, серьезных признаков католических мятежей и развала системы управления не зафиксировано.
Система ополчений означала что в случае необходимости королева могла довольно быстро увеличить численность существующей армии или восполнить потери.
Основным минусом этой армии был тот факт, что процент бойцов, имеющих опыт реальных боевых действий, в ней было невелико. Да и этот опыт в большинстве случаев ограничивался практикой противопартизанской борьбы в Ирландии, борьбой с шотландскими налетчиками и подавлением крестьянских мятежей, т.е. столкновениями с слабоорганизованным и плоховооруженным противником.
Следует отметить, что в условиях многолетнего мира английские города и замки в основном имели средневековые укрепления (стены, башни), сохранявшиеся скорее для
сбора таможенных пошлин и защиты от контрабандистов и бродяг, т.е. уязвимые перед огнем артиллерии.
Плимут-первое столкновение.
29 июля Армада подошла к берегам Англии в районе Плимута, где расположилась передовая часть английская флота во главе с Дрейком. На военном совете руководители эскадры уговорили герцога атаковать Плимут, рассчитывая подавить его батареи с помощью десанта и навязать англичанам бой в гавани, который неизбежно кончился бы абордажем и гибелью значительной части эскадры Дрейка.
Однако английский адмирал не стал ожидать атаки, а уже вечером 29 июля начала выводить свои корабли.
В итоге на глазах тихоходных (идущих со скоростью самых медленных кораблей) испанцев английский флот соединился.
Испанцы выстроились полумесяцем, поставив на его рогах наиболее сильные корабли, а тем кто рискнул атаковать их центр, ждал кинжальный огонь со всех сторон и весьма вероятный абордаж со стороны численно превосходящих судов испанского флота.
31 июля англичане атаковали армаду, благоразумно держась на расстоянии порядка трехсот метров, когда большая часть испанских пушек не дотягивались.
В итоге испанцы потеряли два корабля, оба флагманы эскадр- галеон Сан-Сальвадор и галеон Нуэстра Сеньора дель Росарио. Если первый похоже, пострадал от случайного попадания англичан в запасы пороха, то второй сначала неудачно столкнулся с соседом, а потом потерял грот-мачту (видимо, это уже были последствия боя). В итоге Росарио была брошена командованием армады бес всякой помощи.
Возможно, тут сыграла свою роль позиция Диего Флореса Вальдеса, адмирала флота, которого герцог Медина-Сидона сделал своим главным советников. Диего Флорес терпеть не мог своего кузена, Педро Вальдеса, командира андалузской армады. Видимо, именно он убедил герцога что слишком рискованно идти по помощь кузену. Обращает на себя внимание и низкая слаженность испанской флотилии- кроме самого герцога никто, похоже, даже не попытался спасти Росарио.
Той же ночью чуть не погиб адмирал Говард, глава английского флота- он по ошибке остановился среди испанцев.
Командир одной из эскадр предложил атаковать Арк Говарда, но Медина-Сидония отказал. Иногда в литературе говорится о том, что в этом случае весь английский флот пришел бы на помощь Говарду и испанцы могли бы свалиться в абордаж, где их численное превосходство сыграло бы свою роль. Однако в отсутствии Говарда и Дрейка (тайно ушедшего захватывать испанские галеоны), просто некому было бы отдать такой приказ. Говард возможно погиб бы, но английский флот остался бы цел во главе с Дрейком- более чем достойная замена.
В итоге 1 августа англичане захватили Росарио, Сан-Сальватор и третий корабль из немецкой эскадры, 16 пушечный галеон "Фалькон Бланко майор", отбившийся от эскадры.
Тем временем армада продолжила свой путь по Ла-Маншу.
Следует обратить внимание на два положения, высказанные Маховым и Созаевым.
1) Дрейк (англичане) проиграли стратегически, так шли позади герцога, отдав ему инициативу, и Медина-Сидония владел инициативой.
Однако следует заметить, что при превосходстве англичан в скорости и маневренности особой роли это не играло. Можно не сомневаться, что они знали о лагере герцога Пармского (который собирал войска уже несколько месяцев) около Дюнкерка и о том, что это лагерь блокирован английскими кораблями лорда Сеймура и голландскими кораблями принца Юстина Насауского, включавшего мелкосидящие голландские галионы, способные ходить там, где не могли ходить тяжелые суда испанцев.