— А затем абсолютно внезапно кто-то явился его искать, — повысил голос шеф Дейкин.
— Не обязательно.
— Что вы имеете в виду, Квин? — спросил прокурор Хендрикс.
— А вот что: хотя взломщик действительно взял завещание, этот факт не доказывает, что он залез в дом, чтобы найти именно завещание. Самое поверхностное рассмотрение данных, имеющихся в нашем распоряжении, напротив, показывает, что грабителю вовсе не было нужно завещание так таковое.
Слушатели пребывали в замешательстве. А Эллери продолжал мысль:
— Какой прок от этого завещания кому бы то ни было — возьми хоть любого человека на свете. Баярд распорядился своим имуществом на случай своей смерти и назначил наследницей жену. Жена Баярда умерла, причем ее смерть предшествовала смерти завещателя, как выражаются у вас, юристов. Что происходит с завещанием в таком случае?
— Оно теряет силу, — кивнул Хендрикс.
— Что обычно делает завещатель, если в случае смерти наследника завещание утрачивает силу и в нем не предусмотрен — как это вы называете, Хендрикс? — условный наследник?
— Если человек не хочет умереть без завещания, он должен составить новое завещание и указать в нем нового, здравствующего наследника.
— Точно. Сделал ли это завещатель? Он поступил еще лучше: отказался от всех прав на свое имущество при жизни. После приговора Баярд Фокс подписал юридические документы, передающие все имущество сыну, с доверительным управлением до его совершеннолетия.
Так что к тому моменту, когда завещание 1931 года было похищено, оно не только потеряло силу как юридический документ, но и вообще всякий смысл. Весь вопрос с имуществом Баярда был решен окончательно и бесповоротно многие годы назад. Нет у него ничего, у Баярда, какое там завещание!
Поэтому я и говорю: вору не нужен был этот документ как завещание — он таковым уже не является. Следовательно, он был похищен совершенно по иным причинам.
Дейкин потряс головой:
— Я просто не могу себе представить других причин, мистер Квин.
— Тем не менее, Дейкин, поскольку вор этот документ украл, другая причина должна существовать. Давайте разберемся. Если завещание похищено не как завещание, то почему его могли похитить? Из-за бумаги, на которой оно напечатано?
Хендрикс рассмеялся:
— Это несерьезно.
— Конечно, поскольку судья Мартин мне сказал, что бумага была самая обыкновенная. Если не из-за бумаги, то тогда почему?
— Дата? — с сомнением спросил прокурор.
— Тоже вроде бы бессмысленно. Документ датируется каким-то декабря 1931 года — за полгода до того, как человеческие поступки и обстоятельства привели к трагедии. А что еще обязательно присутствует в каждом завещании?
— Имена свидетелей? — предположил шеф Дейкин.
— Но судья Мартин мне сказал, а Баярд подтвердил по телефону, что свидетелями были Эймос Блуфилд, в то время секретарь муниципалитета Райтсвилла, и Марк Дудл, нотариус. Зачем вору могли потребоваться имена свидетелей? По какой-то таинственной причине он хотел узнать, кто засвидетельствовал подпись Фокса? Но тогда достаточно было просто взглянуть на завещание, а не уносить его с собой. Может быть, он хотел получить образцы подписей свидетелей, их автографы? Если такова была его цель, то едва ли он стал бы прибегать к взлому дома. Должны сохраниться тысячи документов с подписью секретаря муниципалитета, и, конечно, подпись нотариуса имеется на сотнях весьма доступных бумаг. Значит, не свидетели интересовали вора. Что остается?
— Только одно, — пожал плечами Хендрикс, — имя завещателя, но, разумеется, оно не может…
— Почему же? — поинтересовался Эллери.
— Имя Баярда Фокса?! — воскликнул прокурор.
— Не просто имя, мистер Хендрикс, — мягко заметил Эллери. — Там есть подпись.
— Подпись?
— Подпись Баярда Фокса? — недоуменно переспросил Дейкин.
Эллери кивнул:
— Подпись Баярда Фокса. Более того, бесспорно подлинная подпись Баярда Фокса. Если есть такая бумага, на которой человек постарается оставить самый красивый, четкий, безупречный образец подписи, то это, конечно, завещание.
В комнате повисло молчание.
— Я не понимаю, Квин, — наконец проговорил прокурор.
— И я тоже, — простонал Дейкин.
— Но это же так просто! — взорвался Эллери и забегал по комнате. — Разве в этом деле подпись Баярда Фокса не имеет значения? Дейкин, вы просто обязаны ответить на этот вопрос! Ведь только сегодня мы обнаружили в определенном месте подпись Баярда Фокса, после чего все поверили в его виновность!