Приложив ладонь к губам, я прошептала:
Боже… Семен в ловушке.
Глава#27
На трясущихся ногах я подходила к месту, на которое указала Нина — никого. Павленко была уверена, что Семен направился именно сюда, но придя на пустырь, мы лицезрели только пустырь, а на чье-либо присутствие здесь не было ни намека.
— Дьявол, и куда он мог пойти? — спросила Нина, изрядно нервничая. — Неужели у него не хватило мозгов осознать, что это подстава? Это ведь очевидно.
— Ну у тебя же их не хватило, — бросила я, до боли покусывая губы.
Я переживала не меньше ее. Меня знобило. Слишком давно я перестала верить в случайности, и всему виной братство «V». Исчезновение Семена и записки с угрозами не случайны — это лишь очередной повод показать нам, кто тут главный. Аморальный, но все же повод.
— Что же нам делать? Что же делать? — твердила Нина.
— Будем искать, пока не найдем.
Я блуждала по ночному лесу в желании найти Семена и одновременно боялась этого. Как неврологическая боль, самое плохое предчувствие засело в сердце. Подобное чувство я испытывала, когда бежала к своему дому с пылающей крышей. Оно парализовало и в то же время призывало к действию.
— Сходила за семками, твою мать, — жаловалась подруга, уворачиваясь от колючих веток. — Теперь приходиться искать другую «семку». Когда уже мы повзрослеем и перестанем играть в казаки-разбойники? Когда, блин? Я хочу зажигать на дискотеке, демонстрировать шикарные наряды, ловить восхищенные взгляды, а не это. Кому понравиться девчонка с килограммом паутины в волосах и клещом в заднице? Никому. Он просто одуреет, когда…
— Стой. Ты слышала это? — я остановилась.
Слабые голоса доносились из самой глуши леса и навряд ли они принадлежали охотникам. Это было братство.
— Кажется, мы нашли Сему, — медленно проговорила я. — Он у них.
— Какой план? — поинтересовалась Нина, смотря на меня с неподдельной серьезностью.
— План? Нет никакого плана. Просто идем к ним и спасаем Сему.
— В нашем случае, импровизация — это самоубийство, Злата.
— А что предлагаешь? — взорвалась я. — Будем придумывать вариант спасения, теряя драгоценное время? Нет уж. Сема всегда приходил к нам на помощь, и я не прощу себя, если не отплачу ему тем же. Или ты со мной, или я сделаю это сама.
Брови Нины изогнулись.
— Размечталась, — дерзко фыркнула она. — Если ты и пойдешь туда одна, то только потому что меня раздавит метеорит. Ты слишком долго держала меня в неведенье, но сейчас, я в стороне не останусь, — серьезный тон сменился ироничным. — Пора бы пощелкать орешки покрепче. Так что, я с тобой.
Мне было шестнадцать, и я обожала свою подругу.
Проливные дожди размыли дорогу, но мы перли словно танки. Скользя по густой грязи, я осознала, что возненавидела лес. То место, которое раньше казалось мне наиинтереснейшей средой обитания, теперь омрачало эти мысли. Лес стал для меня территорией сражения. А точнее, жутким лабиринтом пройти который означало спастись, а не пройти — сгинуть.
Пройдя сотню метров, мы заметили свет от костра. Сомнений не осталось — враги были там. Я не потратила ни секунды на раздумье, а просто выскочила из кустов и лицезрела ужасное. Самые скверные домыслы оправдались.
Удерживая Семена на коленях, Саша был более чем безжалостен. Олицетворяя саму подлость, он позволял Рыбину уродовать своего брата. Вася бил его в живот, по лицу и не забывал об угрозах. Несмотря на то, что Семен перестал быть похож на самого себя, все-равно продолжал улыбаться и даже дерзить. Но, заметив нас, парень конкретно напрягся. Так же, как и братство.
— Ба, вы только гляньте кто пришел! — отвлекшись от Семена, Рыбин сладостно потер ладони. — В первые вижу рыбок, которые самостоятельно затолкали себе в рот по крючку. Вы ведь понимаете, что это не самое умное ваше решение?
Все его угрозы ушли на второй план. Я действительно была похожа на рыбу, которая, оказавшись на суше, жадно глотала воздух. Все дело в Семене и в его состоянии. Они изуродовали его. Изувечили. С его рассеченных бровей сочилась кровь и тонкими ручейками скатывалась по лицу. Глаза тоже наполнились кровью. Опухшие губы едва складывались в улыбку. Казалось, парень вот-вот свалиться без сознания.
— Отпустите его, — прошептала я, держа рукой челюсть.
— Заявилась без спроса, а теперь указывать вздумала? — ядовито спросил Рыбин. Впрочем, я и не надеялась, что моя просьба останется услышанной, но это нельзя было так оставлять.
— Боже, — подруга лишилась дара речи. Она попросту оцепенела. В отличие от меня, девочка не привыкла к подобному зрелищу. Скорее всего, она помечтала быть раздавленной метеоритом, нежели находиться здесь.