– Почему, доктор?
– Я работаю с жертвами травм и их близкими. Это может привлечь людей издалека.
Хенке улыбнулась.
– Потому что вы лучшая?
– Мне приятно было бы так думать, но причина, наверное, в том, что я на этом специализируюсь. Многие случаи требуют короткого курса, и поэтому приехать – не проблема.
– Вы быстро выводите их из кризиса.
– Стараюсь как могу.
– Травма, – сказала Элин. – Речь идет о посттравматическом стрессе?
– В том числе и о нем, детектив.
– А остальное?
– Естественно, я не могу рассказывать о конкретных пациентах, но зачастую это жертвы преступлений или их родственники, а также люди, ставшие жертвами несчастных случаев или потерявшие близких в результате болезней.
– Похоже, тяжелая у вас работа, – сказала Хенке.
– Думаю, у вас тоже, детектив.
– Верно. Итак, мистер Тонер – будем называть его так, пока не выясним настоящее имя, – был жертвой ужасного несчастья или близко знал такую жертву и прилетел из Техаса за помощью. Хорошо бы знать, что у него была за травма.
– Наверное, тут я могу вам немного помочь. Несколько лет назад я опубликовала статью о психологических проблемах, с которыми сталкиваются родственники убийцы. Основой для материала стал один пациент. Эндрю Тонер упоминал эту статью в нашем разговоре. К сожалению, когда я попыталась узнать подробности, он прервал сеанс.
– Прервал?
– Разволновался и ушел.
– Из-за чего разволновался, доктор?
– Я сама хотела бы это знать.
Хенке забарабанила пальцами по подлокотнику.
– Прилетел, расстроился и был таков.
– Расстроился – это слишком сильно сказано. Просто почувствовал себя некомфортно.
– Такое часто случается с пациентами? Когда люди меняют решение?
– В моем деле может случиться все что угодно.
Детектив задумалась.
– Сколько он здесь пробыл?
– Всего лишь несколько минут – думаю, десять или пятнадцать.
– Достаточно долго, чтобы вы запомнили, во что он был одет.
– Пытаюсь быть наблюдательной.
– Это хорошо. Что еще вы заметили?
Элин сползла чуть ниже. Она устраивалась поудобнее, будто готовилась к длинному разговору.
– Есть идеи, почему он держал вашу визитную карточку в туфле?
– Нет. Похоже, как будто он скрывал факт, что обращался к психотерапевту.
– Например, от того, с кем он приехал? Он упоминал о спутнике?
Грейс покачала головой.
– Вы не догадываетесь, что именно его так взволновало? – продолжала детектив.
Когда он узнал во мне ту цыпочку, которую…
– Нет. Мне жаль.
– Занял оборонительную позицию и слинял, – сказала Хенке.
Настойчивая женщина. Хорошее качество для детектива. И неприятное, когда он сует нос в твои дела.
– Жаль, но я больше ничего не могу добавить, – ответила психотерапевт.
Ее собеседница раскрыла свою разноцветную сумочку и достала блокнот. Перелистнула страницу, потом другую.
– Не хотелось бы отнимать у вас слишком много времени, но если мы упустим какие-то детали, я буду вынуждена вернуться.
– Понимаю.
Хенке еще раз просмотрела свои записи, а потом закрыла блокнот.
– Мне не дает покоя визитная карточка в туфле. Никогда с таким не сталкивалась – то есть я хочу сказать, что это похоже на шпионский роман, правда?
– Да.
– А теперь вы говорите, что этот парень может быть родственником какого-то убийцы… Кстати, у вас есть та статья? Звучит интересно.
– Под рукой нет, но могу дать ссылку, – сказала Грейс и продиктовала интернет-адрес, по которому можно было прочитать ее работу.
Элин записала его.
– Могу я задать вопрос об убийстве? – спросила Блейдс.
Хенке пристально посмотрела на нее.
– Задавайте, я отвечу, если смогу.
– На фотографии, которую вы мне прислали, не видно ран.
– Вы хотите спросить, как он умер? Множественные ножевые ранения туловища. Это одна из причин, почему ваши слова меня заинтересовали – о преступнике, который приходится ему родственником. Такие случаи мы называем превышением необходимости. Больше ран, чем нужно для того, чтобы убить.
– Нечто личное, – сказала Грейс.
– Совершенно верно, доктор. – Взгляд Элин стал жестким, и ее собеседница подумала, что, возможно, сказала лишнее. – Если мистер Тонер действительно был родственником опасного преступника, то превышение необходимости имеет смысл. Особенно если мистер Тонер собирался сдать его.