Блейдс заплатила за номер сорок три доллара наличностью и нацарапала что-то неразборчивое в регистрационной книге, проигнорировав самоуверенную ухмылку кретина за стойкой портье.
Припарковав машину перед мотелем, она принесла дорожную сумку и ноутбук в номер, пропахший лизолом и вареными яйцами. Там раздвинула занавески, чтобы держать «Эскейп» в поле зрения, села на матрас, словно набитый орехами разной величины, и попыталась подключиться к Интернету, но не смогла. Она повторила попытку – и снова безрезультатно.
С четвертой попытки сеть объявила о своем появлении слабым писком.
На запрос «роджер агнес уэттер теодор джейн ван кортландт» поисковик сразу же выдал три ссылки.
А если точнее, то одну, повторенную трижды.
Обе супружеские пары были членами оргкомитета мероприятия по сбору средств. Почти пятнадцать лет назад, отель «Балтимор», центр города, роскошный банкет в пользу переизбрания члена сената штата Селин Маккинни. Сведения из архива на сайте компании, специализировавшейся на организации мероприятий.
Маккинни представляла богатую западную часть города, в которую входил и дорогой район Санта-Моника, где жили ван Кортландты. В ее избирательный округ не входил дом Уэттеров в Энсино, но тогда супруги жили в Северной Калифорнии, и поэтому дело было в чем-то другом.
Из симпатий политика извлекают пользу не только жители его округа.
Грейс ввела в строку поиска сенатора Маккинни и получила ссылку на биографию в «Википедии». Законодатель, получивший прозвище Госпожа Умеренность, выиграла те выборы, но восемнадцать месяцев спустя умерла от сердечного приступа.
Родившаяся в богатой семье, Селин за несколько десятилетий на службе у народа приобрела влияние и высокие должности. В момент смерти она уже довольно долго возглавляла постоянную сенатскую комиссию по страхованию. В ее сферу ответственности входили «страховые договоры, соглашения о возмещении убытков и гарантийные обязательства».
Эту женщину стоило поддерживать таким, как Роджер Уэттер-старший. Кроме того, она была членом комитета по лицензированию дантистов, что могло связать ее с доктором ван Кортландтом.
Психотерапевт продолжила поиск в Интернете, время от времени поглядывая на арендованный внедорожник за окном. Один раз ей пришлось выйти – двое подростков, лет пятнадцати, с дорогими десятискоростными велосипедами, начали слоняться у машины, поглядывая на торцевую дверь. Дешевый мотель, непрестижный район, но эти двое были хорошо одетыми, упитанными и ухоженными. Пара богатеньких деток, приехавших на велосипедах из крикливых особняков на склоне холма к востоку от мотеля? Пристальный взгляд Грейс заставил их ретироваться. Слабаки.
Блейдс вернулась к своему ноутбуку и попыталась комбинировать «селин маккинни» с «роджер уэттер», «агнес уэттер», «аламо эджастментс», «афера со страховками». Когда это не принесло результата, она добавила к списку другие преступления: «подкуп», «вымогательство», «жульничество», «обман», «мошенничество».
Тоже безрезультатно.
Тогда Грейс позвонила Уэйну Кнутсену.
* * *
Записанная на автоответчик фраза была краткой, почти враждебной – неожиданно для человека, который дважды помог ей.
– Это я. У Селин Маккинни была дочь?
Собирая вещи, Грейс краем глаза заметила движение за окном. Парочка подозрительных подростков вернулась, и один из них стоял, небрежно прислонившись к правой фаре внедорожника.
Как будто это его машина.
Доктор выскочила из номера, быстрым шагом подошла к двери водителя, бросила свои вещи в машину, завела двигатель, нажала на педаль газа и задом рванула с места, так что парень потерял равновесие и вскрикнул.
Она выехала с парковки у мотеля, поглядывая в зеркало заднего вида. Подросток удержался на ногах, но был явно шокирован – рот открыт, руки вскинуты вверх, словно он апеллировал к небесам.
Не в силах поверить, что кто-то способен на такое.
Потрясенный, что есть люди, которым наплевать на него.
Привыкай к реальности, испорченный маленький ублюдок.