Но она там, как будто – лишняя.
Знаю, солнце когда-то сбудится,
И, что порвано было, свяжется,
Но сегодня – дождит на улице,
А затишье спасеньем кажется…
Почему ты нужна мне, строгая,
И безпесенной и безлиственной?..
Потому что смеюсь со многими,
А печали делю – лишь с близкими…
Он
Гудит прохожих пёстрый улей,
Измят и чёрен неба зонт,
А снег рисует… Снег рисует -
Свой самый белый – белый сон…
Кряхтя, бредут по небу тучи,
И снег зовут на край земли,
А он сиренево – задумчив
И вдохновенно – молчалив…
Волшебник, сказочник, художник,
Лучист, как Ангел, и открыт,
Он этот мир, смешав с мечтою,
Как будто, заново творит.
Макая кисть в палитру счастья,
Кладёт мазки – и тут, и там…
И дарит душам шанс начаться -
Вновь – с белоснежного листа.
Она
Курит cигару белая крыша,
Дружит луна с фонарём,
Рыжее утро входит чуть слышно
В сонное царство моё…
В нём, Тридевятом, Пледно – Пижамном,
Чмокает всё и сопит…
Бра – над кроватью, в шапочке чайник,
Бублики, кексы, бисквит,
Плюшевый коврик… Тапки – в полоску
Греют друг другу бока,
А рядом с ними – кот мой Матроскин
Сливки крадёт у щенка
В сне двадцать первом… Или тридцатом?
Он мне расскажет потом…
Слышно, как с ветром шорохи сада
Входят на цыпочках в дом…
Тихая нежность… Солнышка блики…
Сонная муха поёт…
Первому снегу, неба улыбке
Молится сердце моё.
Он
Гасит ночь солнца бордовый факел,
Город мой в сумрачных волнах тонет…
Явь иль сон?.. Маленький белый Ангел,
Как птенец, дремлет в моих ладонях.
Он сто лет не отдыхал, наверно,
Согревал землю и небо в стужу
И прилёг… Лишь – на одно мгновенье.
Устают даже святые души.
Я спугнуть чудо боюсь дыханьем,
Нежный сон, словно свечу от ветра,
Берегу – трепетно, нежно… Ангел,
Будто луч, самый последний света…
Я твержу мысленно – Тише, тише -
Лепесткам розы и листьям клёна.
Целый Мир, просьбу мою услышав,
На дитя Неба глядит влюблённо…
И стерев грани меж сном и былью,
Верю я, этот комочек Света
Отдохнёт… И на окрепших крыльях
Понесёт сердце моей планеты.
Она
Февральское утро так тихо,
Так трепетно и белоснежно,
Что кажется райскою птичкой;
Коснёшься, и ангел исчезнет,
И верится – все это знают:
И ветер, и этот прохожий,
Деревья, проспекты, трамваи,
И свет не хотят потревожить,
И боле – ничто не случится
Жестоким, корявым, унылым;
А чёрная-чёрная птица
Однажды душе лишь приснилась.
Он
Город мой – задумчиво-печален,
Зябнут пешеходы и дома.
Что-то вы сегодня заскучали,
Можно, я согрею Вас, зима?
Можно, я поправлю Вашу шубку?
Ах, позвольте скромному пажу,
И на Вашу талию, голубка,
Ласковые руки положу…
Пусть глаза мои Вам станут домом,
Тёплым… Удивительно родным…
Пусть сердца поймут, что мы знакомы
С самой первой солнечной весны…
Так несложно вспомнить, что забыли,
Бантик свяжет памяти тесьма.
Будьте же послушны, Ваша Милость!
Можно, я согрею Вас, зима?..
Она
В окне – лампада тусклая луны…
А ночь атласной мантией сверкая,
Мир, согревая трепетным дыханьем,
Читает сны…
А в этих снах – рассвет… Звеня росой,
Идёт по лугу солнечное утро
И, улыбаясь, красит перламутром
Мир – над тобой…
О, как изящен света каждый жест,
Как совершенна – музыка мгновений…
И я твоё целую отраженье
В моей душе…
Он
Была зима… И были лес и поле -
В дрожащих бликах звёздного огня,
И ночь брела знакомою тропою,
Чуть слышно колокольчиком звеня,
И падал снег – задумчивый и белый,
И каждою снежинкой танцевал,
А сердце… Сердце – пело и пьянело
Вдыхая сладкий запах Рождества…
Была зима… И пели колокольни,
А с ними – лес и поле… Я и ты,
И мир, казалось, заново был скроен –
Из нежности, любви и чистоты.
Она
Ночь… Голубое окно
Машет крылышком ситцевым.
Звёзды летят надо мной
И желают присниться мне.
В пёстрых подушках душа
Утонула, усталая.
Ветры позёмкой шуршат
И такси запоздалые.
Странствует сердце моё
С голубиною почтою.
Слышу, как мама поёт,
Вышивая сорочку мне.
Носик сопит за стеной,
Сны гуляют невинные.
Только бы – всё, что со мной,
Берег мой не покинуло…