— Ненормальная, — проворчал он, — Соля тебя искала, звонила несколько раз. Ты пропадаешь бог весть где, не приходишь ночью домой, а теперь… — и Сидней умолк, покосившись на пиджак.
Лайтнинг почувствовала себя виноватой. Они ведь друзья. Но девушка не привыкла изливать душу даже перед своей сестрой, всегда она держала все внутри себя, а когда чаша переполнялась — выплескивала накопившуюся злость, обиды, разочарования на окружающих, на этот раз под горячую руку попал Рипер..
— Ты все таки пошла к нему, да? — Зло выпалил блондин и неожиданно сломал карабин на лямке своего рюкзака, который крутил в пальцах.
Лайтнинг вспыхнула, ощутив, как холодок пробежал по коже, выступив мурашками. Она робко взяла пиджак и накинула на плечи, стараясь не замечать уязвленного взгляда парня.
"Пусть думает, что хочет!"
Рипер покинул аудиторию первым. Лайтнинг вышла за ним в коридор, но не успела ступить на лестничную клетку, как услышала голос Сиднея пролетом ниже.
— Что нужно?
— Не подскажешь, где найти твою подружку? Мне нужна Лайтинг.
— Зачем?
— Если бы я собирался, тебе что-то объяснять, то сделал бы это сразу. — Крис, "советник" Кэлума, облокотился рукой о поручень, выставив конечность так, чтобы у парня не возникло желания дать деру.
— У их группы занятия перенесли на третий этаж. В аудитории ремонт. — Соврал Рипер.
Лайтнинг благодарила Сиднея всем сердцем. У нее появился шанс улизнуть незамеченной. Она скрылась за поворотом, готовая дать деру вниз. За каким чертом, она всем так сразу понадобилась?
*****************
Причина двенадцатая
Юркнув за угол, я пересекла коридор и живо, не оборачиваясь, нырнула в дамскую комнату. Невозмутимо миновала двух девушек, пялящихся на свое отражение в зеркалах над раковинами и болтающих о какой-то своей ерунде и водрузила сумку на подоконник. Пиджак я давно сняла, чтобы не привлекать к себе излишнего внимания, и теперь он висел свернутым на изгибе локтя. Бросив взгляд на свое отражение в оконном стекле, затянула растрепавшийся хвост и поправила спутавшуюся челку.
Единственным местом, где я могла обустроиться и переждать непонятную заинтересованность во мне другом Кэлума, оказался подоконник. Но прежде чем занять его, распахнула створку окна и свесила голову наружу. Внимательно оглядела тротуар под окном, затем сам академический двор в поисках непредвиденной опасности и успокоившись, захлопнула раму.. Спрыгнуть с окна первого этажа не составляло особой проблемы, а необходимость иметь запасной путь к отступлению являлось для меня основным инстинктом. В детском доме, я с легкостью взбиралась в окно второго по водосточной трубе, и таким образом, не попадалась на глаза сторожу, охранявшему парадный вход. Необходимость в частых тайных исчезновениях, из дома одиноких душ и сердец, и позднего возвращения, была более чем обоснованной — мистер Честер, наш преподаватель по физической культуре, и по зову души — альтруист, подрабатывал тренером по восточным единоборствам в местном фитнес клубе, который я могла беспрепятственно посещать, игнорируя тучу строгих правил, того места, в котором благодаря несчастливой судьбе оказалась.
Быть сильной, обладать навыками самообороны, являлось второй необходимостью, которая отразилась во мне жгучим стремлением добиться успеха. Не жалея сил и времени, я с удивительным постоянством и усердием, совершенствовала себя, доводя до исступления физическими нагрузками и упражнениями, молотьбой по груше и оттачиванием техники. "Ты сильна духом, девчонка, не изменяй этому дару," — сказал однажды учитель, потрепав широкой ладонью, — "это поможет тебе выкарабкаться". А затем, в наглую, забрал мои документы из учебной комнаты и отослал письмом в академию, упомянув все мои достижения и успехи. Несмотря на природную девичью хрупкость, я молниеносно двигалась перемещая корпус, с большой точность реагировала, стремительно избегала помех, а еще, обладала огромной выносливостью.
Что-то состыковалось в "небесной канцелярии" и спустя пол года, детдом посетила группа в составе методиста и помощника по кадровым вопросам, которую специально формировали для отбора "интересных" детей в академию. Мои успехи оценили. Так случился значительный и неожиданный поворот в моей судьбе.
Устроившись на подоконнике, и уложив уже мешающийся в руках пиджак на колени, я попыталась успокоиться, сосредоточиться и подумать над той ситуацией, в которую попала. Что делать с курткой Кэлума, которую я позаимствовала и благодаря которой чуть не получила реальный срок — полицейские шустры на расправу, — я не знала. Но понимала, что от этой вещи нужно побыстрее избавиться, пока за ней не пожаловал сам хозяин. А еще, Кэлум мог вспомнить детали нашей непродолжительной ночной встречи, а значит "терять" пиджак не стоило, мог и к ответу призвать, к тому же, я и так лишила его обуви. И боюсь, что самой любимой.