Мужчина поспешил вмешаться, но запутался в сложной пропускной системе.
Диквей располагал лишь мгновением для принятия решения. Он поднял девушку на руки и вприпрыжку спустился с лестницы, и скрылся за воротами, где стояла припаркованная машина.
Лайтнинг успела очнуться от встряски. Она разлепила глаза, зрачки в которых расползлись до неимоверных размеров, что-то невнятно промычала. Дани вряд ли осознавала действительность и вскоре вновь отключилась.
Кэлум был бы рад знать, что делать с внезапно свалившейся ему на голову девушкой, да еще в таком невменяемом состоянии. Он вовремя вспомнил про пустующую квартиру Лима и запасной комплект ключей в бардачке, но вовремя остановил себя. Девушке явно нужна медицинская помощь.
********
Голова у Лайтинг слишком кружилась, чтобы открывать глаза. Казалось, что она сама постоянно куда-то перемещается, медленно поворачивается, так что нельзя сказать, в каком она углу комнаты. Так иногда, во сне, думаешь, что спишь не у самого окна, как обычно, а в другом конце комнаты. Или полностью перевернулся, так что ноги, кажется, должны быть на подушке. Хотя ты полностью уверен, что не шевелился и не шевелишься. Просто разум гуляет по всему телу, так что неясно, где голова, а где ноги, и где все твое тело целиком на самом деле.
Первое, что не понравилось Даниэль – это запах. Окружение, вся комната пахла иначе, чем безопасный дом, чем-то синтетическим, искусственным, как будто бы какие-то волокна тонкой, прочной, какой-нибудь огнеупорной ткани есть даже в воздухе, и ты этим дышишь.
Постель сама по себе была мягкой, хрустящей, так что сомнения не было: комплект был новый постиранный с кондиционером. И, почему-то, сквозь веки, Лайтинг казалось, что в комнате всегда светло, что какой-нибудь светильник может гореть и всю ночь, и весь день, и вообще когда угодно, что при сохранении семейного бюджета просто недопустимо.
Даниэль вспомнила, что потеряла сознание в подвале. Тогда, может быть, это больница? Но она никого не слышит рядом с собой. Если у нее нет ничего серьезного, то ее палата не будет одиночной. А если что-то серьезное…
Тогда бы она слышала писк приборов, чувствовала капельницу на руке или дыхательную маску. Но ничего этого не было. А ведь только на грани смерти дают отдельную палату человеку, у которого и страховки-то нормальной нет. А еще Лайтинг не была уверена, что сиротам вообще могут оказывать какие-то исключительные медицинские услуги.
Наконец, она почувствовала, что давящая, мягкая беспомощность отступает, что теперь ей удастся открыть глаза и, может быть, даже встать.
Свет сразу же скальпелем резанул сетчатку глаза, так что Лайтинг с раздражением моргнула, смахивая мелкие слезы с ресниц. Наконец, комната обрела очертания и четкость. И потолок сразу же удивил Даниэль: он был похож на зеркальный пол какого-нибудь клуба, несколько адаптированный для спальни. Точечные светильники мягко освещали комнату, не раздражая, каким-то голубоватым светом.
Белизна комнаты, идеально выкрашенные стены, непохожие на обычные, казенные учреждения и попытки некоторых семей добиться лоска краской демократичных расценок. Стены – искусство, без изъяна и объемного, чисто белого цвета, какие бывают только на рекламных фото дизайнерских журналов.
Белое дерево пола, крашенная, выбеленная мебель из ароматной древесины, чей запах Лайтинг и спутала с синтетическими нитями, не зная, отчего он.
Если раньше у Даниэль не было страха, никакой паники, хотя она не понимала, кто ее вытащил из этой ситуации, то теперь ей стало по-настоящему страшно. Она не в больнице, она в каком-то доме, и еще сегодня у нее не было никаких благодетелей. А в наличие богатого родственника, который воспылал к ней пылкой любовью и участием, девушка не верила. И уж тем более не верила в сказку, где какой-нибудь принц забрал ее в свое королевство, чтобы спасти от…