— Самовлюбленный баран, — не осталась в долгу девушка.
— Да что я сделал? — Диквей обернулся, резко, и вдруг оказался как-то слишком близко к ней, так что мог почувствовать искусственный запах новой рубашки,— Почему ты огрызаешься? — почти с детским недоумением, но сохраняя серьезную мину, спросил он.
— А почему я должна обожать тебя? — спокойно, почти равнодушно поинтересовалась Лайтинг, но отвела взгляд. Она знала, почему одна мысль об этом парне причиняет ей столько боли. В частности разве не из-за него она попала в эту жуткую ситуацию.
Сердце Кэлума пропустило удар. Сейчас или никогда. Лучше момента не выбрать.
— Потому что я бы очень этого хотел, — тихо, путаясь в словах, произнес он.
— Твоему самолюбию нет границ, — усмехнулась девушка, но в ее улыбке не было ни иронии, ни издевки, а какая-то печаль, — ты так хочешь, чтобы все тебя любили, что это становится твоей личной манией.
Диквей вздрогнул, понимая, что его вновь оттолкнули.
— Не все, — он покачал головой.
— Естественно. Мало кто действительно будет тебя любить. Ладно, хватит, — Лайтинг шагнула к мотоциклу, — мы опоздаем.
— Держись за меня крепче. И надень шлем,— убито, с замерзшим лицом пробормотал парень. Даниэль послушно села и обхватила его торс руками. Открыв гараж и выехав, Дик и Лайтинг быстро пересекли небольшой сад и выехали через главные ворота на трассу. Ветер упруго ударил в лицо, развевая юбку девушки, хотя та тщательно сцепила ее концы между коленями.
Кэлум едва мог сосредоточиться на трассе. Он думал о том, что девушка, сама того не желая, обнимает его. В первый и последний раз. И что больше никогда он не почувствует ее тепло. Не сможет быть так близко, не сможет быть тем, от кого когда-либо будет зависеть эта смелая и дерзкая Лайтинг.
У самой академии, на стоянке стояла Стелла. Окаменев, она наблюдала, как Диквей без суеты паркуется, как ее бывшая подруга расцепляет руки, позволяя парню встать. И Даниэль в мужской рубашке. Вспомнился пиджак Кэлума, который на днях отдала ей все та же бывшая подруга.
Злые слезы брызнули из глаз Флерет. Она круто развернулась и, не разбирая дороги, бросилась в толпу школьников и мгновенно исчезла.
— Только этого не хватало, — мрачно подытожила Лайтинг, отдавая шлем парню. Тот, равнодушный к маленькой драме собственной девушки, вдруг озлился, криво улыбнулся и, схватив Даниэль за руку, удержал ее в самый последний момент. Не успела девушка спросить, какого черта и, мол, давай, отпусти, как Кэлум поцеловал ее в щеку и отвел прядь волос от ушной раковины, попутно очертив контур лица.
Лайтинг окаменела, осознав, насколько ее положение ухудшилось.
— Какой же ты ублюдок, — процедила она и, бросив ему взгляд, полный ненависти, широкими шагами поспешила убраться с парковки.
— Неужели мне нужно было разыграть страстный поцелуй, чтобы удостоится хотя бы пощечины? Я запомню, Лайтинг,— горько усмехнулся Кэлум, провожая ее взглядом.
*****************
Соля уже два дня была свободна от запретов сестры. Сначала ее это пугало, совесть мучила девочку по ночам, но она довольно быстро объяснила самой себе, что подобное уже случалось — Дани уже пропадала на одну ночь. Практически каждый день за ней заезжал Сноу и они катались до позднего вечера. Он говорил, что теперь все получится, появились деньги и связи. Что Соля может стать его женой сразу после школы, если захочет. Лайтинг-младшая мило краснела и соглашалась, не веря своему счастью.
......
Я шла домой, обдумывая план своей мести Теодору. Наркотик, который мне ввели, неумолимо действовал —ночью я просыпалась от необъяснимой тревоги, в поту и противоестественных желаниях. Меня просто неумалимо тянуло царапать свою кожу, рвать на голове волосы и глухо выть от боли, которая выкручивала мышцы и суставы. По утрам в зеркале, я наблюдала искусанные в кровь губы и глубокие впадины под глазами. Но меня ждал еще один удар. В тот вечер, вернувшись после работы из цветочного магазина, в который смогла устроиться, увидела, что дверь не заперта. Это привело в бешенство: Соля совсем лишилась разума, если перестала заботиться о безопасности! Ее могли ограбить или убить! Или еще что похуже!