.......
Рассвет едва каснулся горизонта, а Лайтинг уже сбежала из дома, из теплой постели, которую успели согреть за ночь на двоих с сестрой. Сбежала с мыслью, все для себя решить.
**************
Рипер с укором смотрел на Лайтинг. Та выглядела усталой и осунувшейся, но все равно желанной. Что в этот раз привело её? Она давно не приходила к нему просто так, по-дружески поговорить..
Дани тоже чувствовала себя здесь неуместно.
— Как поживаешь? —отстраненно спросила она, даже не поздоровавшись.
— Тебе это действительно интересно? — вопросом ответил Сидней и отвернулся.
Дани выдохнула, опустив плечи, и сделала шаг к нему. Парень почувствовал её дыхание кожей.
— Ты прав, я не из-за этого пришла.
Его рука, переставляющая книги на полке, замерла. Она говорила слишком тихо, так что Сиду пришлось затаить дыхание. Боясь шевельнуться, он так и стоял к ней спиной.
Лайтинг видела, как ходили его плечи, он весь превратился в слух. И она поджала губы, благодарная за то, что Рипер не заставляет её смотреть себе в глаза.
— Я пришла из-за Кэлума… Из-за того, что произошло между нами.
Пальцы Сиднея сжались на обложке одной из книг. Ну конечно, ей безразлично, в каких мучениях он провел последние три дня.
— Ну рассказывай. Вы тайно встречались? —дрогнувший голос предал, а так хотелось скрыть свое неприятие. Сидней догадывался о том, что между этими двумя есть что-то, во что Дани его не посвящает. Он чувствовал себя маленьким ребёнком, при котором родители стесняются показывать чувства. Он ревновал. И в общем-то не желал ничего слушать.
Даниэль сглотнула.
— Нет, — сухо ответила она.
Костяшки на руке парня побелели, книга под пальцами грозилась помяться, как скорлупа. Он никогда не задумывался, как много врёт Даниэль. Он всегда брал её слова за чистую монету, но вот сегодня впервые усомнился в честности — и сразу все её слова, действия изменили окраску. А вдруг она лгала всегда? Лайтинг — цепкая и вёрткая, ложь такому человеку необходима, как воздух, чтобы выжить.
— Не ври мне, — тихо сказал он. Сколько мольбы и одновременно угрозы было в этом голосе, девушка даже болезненно зажмурилась, пробуждая внутри себя искренность.
Противно было. Кто-то сказал: «Правда всегда одна». Даниэль больше в это не верила, правда у каждого своя. Ее друг часто не жалел ее чувств, не огораживал её от своей по юношески наивной, но все таки жесткости.
— Но мы не встречались, — голос её был слишком неуверенным. — Я бы не пошла на это.
Рипер отложил книгу.
— Изъясняешься слишком расплывчато, — жестко сказал он.
Девушка почти ощутила исходящую от него угрозу. Будто он больше не позволял ей прикасаться к их светлым воспоминаниям о дружбе, защищая их от её рук, предчувствуя, что сейчас она разобьёт его хрустальные образы.
— У меня были неприятности с Теодором, — голос её дрогнул, — не из-за тебя..
Глаза Сида взметнулись к потолку, и он, не удержавшись, повернулся к Даниэль.
— Почему ты мне ничего не сказала?
Щеки девушки горели от того, что ей придется все рассказать.
— Да что рассказывать.. Кэлум помог мне, — Даниэль покраснела сильнее, потому что понимала, одно это заденет Рипера. Но она пришла сюда попрощаться, выложить все на чистоту, что бы он в конце-концов принял все как есть и простил.