Парню казалось, что свет льется теплыми водопадами по бокам от него. Он видел лампы только боковым зрением, взгляд его был направлен строго вперёд, на неё.
Лайтинг полулежала в кресле напротив. Вид был потрепанный — на белом платье — серые следы пыли и бурые полосы. На одной щеке красовалась глубокая царапина, на другой, в районе скулы, красноватый след. Предплечье, локоть, бедро и колено по правой стороне было содрано до крови, будто ее подпортили грубой наждачной бумагой. Кровавые дорожки стекали вниз, странным узором огибая костяшки и пальцы.. Губы были сомкнуты, они не дрожали от боли или неровного дыхания. В бесстрастном выражении её лица было что-то знакомое Диквею. Он видел подобное в зеркале.
"Она готова погибнуть, только бы ты не касался ее, в самом деле?"
— Почему? — Диквея разрывали противоречивые чувства, но голос был спокоен. Он говорил, смотря на неё уже привычно - сверху вниз, чувствуя во рту знакомый металлический вкус.
В ушах Лайтинг до сих пор стоял гул от сотрясения или, испытывая презрение, она не хотела соприкасаться с ним даже словами. Девушка с розовыми волосами сделала вид, что не услышала его вопрос..
Парня снова сдавила досада от того, что она игнорирует его и он не чувствовует её внимания на себе. Так бывает, когда задают вопрос толпе, не выделяя кого-то конкретного, или, задумавшись, смотрят сквозь тебя. Ему не нравилось ощущать себя пустым местом. Диквей опустил подбородок, подпуская к лицу тёмные тени. Так, как он ненавидел себя сейчас, допустив произошедшее, настолько не мог простить девушке ее бессмысленного поступка.
«Хочешь ты или нет, но тут не с кем больше говорить, кроме меня!» — подумал он.
— Я отпущу тебя, если ответишь, — сообщил Кэлум, цепляясь мыслями за то, что ей очень больно и он не позволит себе держать ее здесь, даже если она промолчит.
Лайтинг с досадой прикусила щёку. Мажор показал ей всё свое мнимое превосходство и силу одной фразой. Даниэль заставила себя сохранить здравый ум и, стиснув зубы, молчала. Она пыталась занять свою голову рациональными размышлениями: «Стоит ли верить словам этого человека?».
— Я не стану перед тобой оправдываться. Где выход?
Подбородок Кэлума взмыл вверх, а глаза прищурились.
— Прямо по коридору, вторая дверь налево,— ответил парень, с удовольствием отметив, что его ответ заставил девушку напрячься.
Лайтнинг опять почувствовала надменный укол с его стороны. Как будто бы тот сообщил, что она не сможет пройти мимо него! Это разозлило. Она улыбнулась, улыбка эта была недоброй, но все равно волна удовлетворения пробежала по телу Диквея. Ведь эта улыбка была послана именно ему. Ему хотелось, чтобы эта девушка именно так реагировала на его слова.
— И ты так просто позволишь мне уйти? —сквозь зубы, не сводя с лица презрительной улыбки.
— Нет, — спокойно сообщил парень и уголок его рта приподнялся в дразнящей ухмылке, — я же пояснил, на каких условиях это станет возможным.
Блефовать он умел как никто.
Даниэль оценивающе смотрела на Кэлума. Собеседник выглядел и вел себя уверенно и это неприятно кольнуло. А Дик чувствовал, что Лайтнинг рассматривает его, и от этого мурашки проступили на спине. Его нервная ухмылка только усилилась. «Ну же, давай.., пока я еще могу себя сдерживать и не разнес тут все."
Ему не доставляло никакого удовольствия играть роль бессердечного тирана, держать ее в таком плачевном состоянии здесь, в этом маленьком, но уютном, снятом на неделю доме, с видом на чистый пруд, поросший белыми кувшинками. Не о таком триумфе он мечтал и сейчас, в глубине души, проклинал ее горячность и безумие, которое привело к таким последствиям. Если бы Крис не привез ее сюда, он бы более не искал смысла и не противился судьбе. Произошедшее, стало последней каплей переполнившей его сосуд терпения, и он даже позволил себе это принять, смириться, сдаться... потому как ломать эту девушку сейчас, как и тогда, он не хотел.
— Ты мне противен. Такой ответ тебя устроит? — сквозь зубы, пытаясь не выдать обжигающей боли, от которой приходилось сжимать подлокотники мягкого кресла, прошипела Даниэль, ловя в последний момент себя на мысли, что все таки стоило промолчать.