Я расслышала, как Эмилия с кем-то разговаривает. Беседа выходила довольно оживленной — Эмилия то и дело что-то восклицала на повышенных тонах, а собеседник отвечал ей довольно развернуто, хоть и более сдержанно.
Мне стало скучно, и я по очереди посмотрела во все окошки кареты. Ничегошеньки в них не увидела и, решив, что задам трепку кучеру при первой же возможности, решила выбираться из экипажа самостоятельно.
Придерживая юбку одной рукой, а другой вцепившись в какой-то невнятный ремень, болтавшийся у сидений, я едва не вывалилась из кареты. Хорошо хоть никто не видел этого изящного, как у куля с картофелем, выхода!
Я пошла на звук голосов, обогнула карету и действительно увидела какую-то непонятную штуку.
Больше всего штука походила на карету, только очень странную. На низких колесах, штука и вся была какая-то низкая. Однако внутри убогого экипажа я разглядела сидения, что указывало на то, что это действительно повозка, что бы я там себе ни думала.
- Поль говорит, мы поедем в этом! - заметив меня, восторженно воскликнула Эмилия.
Она так похорошела от волнения, что я разозлилась. Если эта дурнушка обойдет меня на повороте и плюхнется в императорское кресло своим тощим задом — надо мной же будут потешаться во всех странах мира! Вон какая стала — щеки румянятся, черные глаза блестят. Определенно что-то эдакое в ней все-таки было. Даже с нелюдимым кучером успела разговориться эта сельская девчонка и теперь запросто называет его Полем…
- Серьезно? - переспросила я. - И каким образом мы поедем? Тут даже лошадь впрячь некуда! Или эта… Эта тарантайка покатит нас сама по себе?
Я рассмеялась, довольная собственной шуткой. Но меня никто не поддержал.
Молодой кучер, до того копошившийся в передней части недоделанной кареты, подошел к дверце экипажа и открыл ее с моей стороны.
- Присаживайтесь, принцесса, - грубовато сказал он.
- Сюда?!
- Именно. Нет, если желаете, можете остаться здесь. До дворца императора отсюда верст пятьдесят. И до дворца ваших родителей примерно столько же. Если вы любите продолжительные прогулки — то кто я такой, чтобы вам их запрещать?
Я гневно сверкнула глазами на мальчишку, который и думать забыл о почтительности. Однако на него мои сверкания не произвели ровным счетом никакого впечатления — он нетерпеливо постукивал пальцами по дверце повозки и, казалось, еще немного — и кучер действительно укатит, оставив меня в чистом поле.
Так что я согнулась в три погибели и залезла внутрь диковинного экипажа. Внутри было тесно и низко, в окошко я видела каждую трещинку на разбитой дороге.
Справа от меня уже сидела довольная Эмилия. Вот сразу видно простолюдинку — даже не стала ждать, когда ей откроют дверь, справилась сама…
Прямо передо мной возвышалась спинка переднего сидения, а напротив него, у стекла, в передней части повозки, торчал некий круглый механизм. Вот прямо за этот механизм и уселся красноливрейный кучер.
- Готовы, дамы?
- Да! - отозвалась Эмилия.
- Нет! Постойте!
Паникуя, я огляделась. Чувство было такое, как будто я попала в сон, когда все вокруг ведут себя нелепо, а ты размышляешь — это они свихнулись или все-таки ты?
- Мы что, бросим здесь мою гардеробную повозку?
- Я же сказал, в императорском дворце вы получите все, что пожелаете. А может, еще и императора в придачу. Если вы любите стареющих мужчин, которые молодятся из последних сил — наш император Николас вам определенно понравится!
Кучер совсем уж фривольно хохотнул, дернул за ручку, торчащую справа от него, и мерзкая карета взревела, как бешеный медведь.
- Ого! - воскликнула восторженная дурочка рядом со мной.
Карета рванула с места и лихо поскакала по ухабам и рытвинам. Сама. Без лошадей.
И тут я заверещала.
- Стоять! Останови! Я пойду пешком!
Наш возница остался глух к моим мольбам. Он крутил круглое устройство и смотрел на дорогу.
- Эй! - сказала Эмилия. - Все в порядке. Это автомобиль. Он едет сам. Мне про такие рассказывал батюшка Никодим, но я думала, он привирает, и такого на самом деле не бывает!
Меня не интересовало ни как называется эта повозка, ни тем более мнение о ней родственников Эмилии. Сидя в кошмарной конструкции, я испытывала только панический ужас и желание покинуть стремительный экипаж.
Совсем потеряв голову от страха, я дернула кучера за плечо. И еще раз. И еще.
В конце концов ему пришлось остановиться. Когда парень обернулся к заднему сидению, его невыразительное лицо не сулило ничего хорошего.