Вампиру удалось ударом по локтевому суставу, деактивировать одну руку у киборга. Задиру это приободрило, а то он отчаянно решил, что столкнулся с непобедимым противником, а это его пугало.
Задира покрыл до предплечья руки доспехом и использовал его когти для нападения. Так он понял, что киборг не весь состоит из метала, у него есть уязвимые части. У кибер противника и сердце было, вампир слышал его спокойные удары, как будто тот не сражался, а вел милую беседу. Но укрыто оно под толстым слоем брони. Кровь тоже была, но не много, ее запах дразнил пробуждавшийся голод, что требовательно скребся по сущности хозяина.
Задира радовался про себя уже тому, что эта гнида кибернетическая не использовал свои пушки, а то точно вампиру было несдобровать.
Огнестрельное оружие тоже не особо помогало, даже не замедляло, а попасть в голову или глазницу киборг не позволял, уклоняясь и подставляя неуязвимые места.
Так они не заметно для себя переместились на крышу соседней церкви. Задира со всей дури приложился по киборгу. Тот отлетел на несколько метров и рухнул на кровлю, та надрывно скрипнула и не выдержала массы Киборга, провалилась внутрь.
Вампир тяжело дышал, осторожно приблизился к провалу и заглянул в него. Он поражено присвистнул.
Ведь Киборгу не повезло, когда он рухнул вниз, то напоролся на старинный крест, размером три метра.
Его остроконечная вершина вошла как раз между пластинами доспеха и вышла наружу. Кибер надрывно дернулся и затих, обмякнув, как поломанная кукла. По вертикальной части креста, завораживающие плавно стекала струями вязкая, алая жидкость. В воздух поднялся металлический запах и чего-то медицинского.
Задира ловко и грациозно спустился вниз, убедившись, что противник боле не предстает угрозы не переставал поражаться, чувству юмора Вселенной. То есть он истратил бесценную энергию на сражение с ЭТИМ и не добился результата, а какой-то крест справится за минуту и с лёгкостью. Вампир по понятным причинам был атеистом, но сегодня он проникся благоговейным трепетом перед верой в Бога этой церкви. Даже рука сама потянулась…нет не креститься, а набрать немного крови противника, чтобы понять какая она на вкус. Пальцы Задиры окунулись в приятное тепло, подушечки покалывало. Значит, в этой крови разбавлено много энергии, такие как Задира это чувствуют тонко. Голод теперь более отчётливо не просто заворочался, а потребовал немедленно утолить его.
Бессмертный слизал исходящую паром жидкость с пальцев и тотчас стал ругаться и по-змеиному шипеть.
— Ай, горячо! Остро! А, мой яшык! Мой яшык! — Вскрикнул горе дегустатор, словно танцуя ритуальные танцы с тамтамом и прыгая на месте, голубя нижнюю челюсть.
А потом распробовав как следует Задира понял, а ничего так, питательно остренько, как будто горячий чай хлебнул или лизнул перец Чили. Но энергии действительно много в данном питательном субъекте. Задира пробовал Эс пятнадцатых на вкус, но у них кровь пресная и вообще лишённая энергии, а тут. Единственный минус, привкус синтетики или препаратов остаётся на языке.
— Эх, такую кровь испоганили! У! Транжиры! — ворчал вампир, поражаясь человеческой глупости и дармовому переводу особо ценного продукта.
И только вампир потянулся, чтобы ещё набрать вкусняшки, мол, не пропадать же добру. Внутренний хомяк Задиры такого не простил бы, как в церковь вплыла процессия, распевающая заунывными голосами херувимские песни. У вампира аж остроконечные уши, хотели в трубочку свернутся. Он то со своим идеальным слухом не переносит фальшивости.
Что же монахини увидели?
Перед ними предстало воистину богохульное зрелище достойное иллюстрации на стене для устрашения грешников.
Ещё утром послушницы с трудом натерли воском священный крест, напевая благочестивые псалмы и застелили престол девственно белым полотном с алой тонкой вышивкой, поставили благоухающие цветы.
Сейчас же крест потемнел, покосился, словно не выдержав тяжесть человеческого греха. Демонстративно один его луч рухнул на стол со страшным грохотом, словно метал долго что-то подъедало. Точнее алая жидкость, что картинно растеклась по кресту, на который насажено бездыханное тело…демона? Только без рогов, крыльев и хвоста.
Монахини опасливо перекрестились и заворожено наблюдали, как кровь стекала с креста на белую скатерть, проедая в ней дыры, вверх плавно вздымался призрачный дымок. Вместо благовоний пахло прогретой кровью и чем-то синтетическим.
А рядом стоял зверски скалящийся второй демон с перемазанной в крови пастью. Его алчущий крови взгляд обратился к обладательницам невинных душ, пугливо жавшихся в дрожащую стайку.