Лили поспешила на помощь собрату, но темная тень промелькнула рядом, и вампирша увидела, как клыкастая маска улетела в траву, а в следующий миг её шею обожгло, словно два кинжала вонзились в ее нежную, трепещущую плоть. Лили слишком поздно поняла, что охотник оказался жив, просто выжидал удобного момента. Он впился острыми клыками в чувственную плоть вампирши, у бессмертной потемнело пред глазами, она вскрикнула, осела наземь, но ее держали, дабы не рухнула.
Лилианна ощутила как из ее тела, вместе с кровью насильно и властно забирают жизнь. Бессмертной не верилось в то что с ней могут такое сотворить. Никто силой не осмеливался брать её рубиновую жизнь, опасаясь гнева рода и ее силы. Поэтому аристократке казалось, что это мимолётное видение или дурной сон.
Острые, чем-то сходные с кошачьими клыки, безропотно погружались в изящную шею Лилианны, ей пришлось нехотя запрокинуть голову набок, под натиском золотоглазого охотника. Ее тело плотно прижали к бронированному корпусу кибер смерти. Лилианна могла ощутить спиной каждую деталь своего безмолвного губителя.
Никто так интимно близко не подбирался к Лили ее это пугало, в то же время в ее высоко вздымающейся груди нарастала томительная тяжесть. Ей стало сладостно тесно в тугом корсете.
Лили могла осязать запах охотника состоявший из его собственной крови, разогретого метала, и чего-то химического, а также пепла. С начала ей был противен этот запах, а потом она привыкла к нему.
— Отпусти! Как ты смеешь? — прошептала одними губами Лилианна, сладко прогибаясь под властью охотника, ощущая себя воском разогретым огнем.
Но Лили не ответили, глаза охотника лишь загорелись ярче, словно в этих глазах жила энергия солнца, извечного врага аристократов. Но не менее притягательного. Лили перехватило дух от этого взгляда преисполненного золотой жизни и решимости.
— Жалкое подобие охотника. Ты же даже не живой. — Возмутилась вампирша.
Она ощутила как с ее пальца силой сорвали перстень, оцарапав нежную кожу.
— Ай, больно! — вскрикнула она.
Эр тринадцать подумал, что объект ещё легко отделался, ведь первым вариантом, что предложила система, было отрубить кисть руки. Так что это вполне гуманный способ, особенно учитывая, что вампирша с радостью пыталась деактивировать киборга. Он к ней не ощущал ненависти, лишь хотел обезвредить могучего противника. А она определялась системой опаснее клыкастых особей мужского пола.
Лилианна прикусила губу, сдерживая стоны, ей стало стыдно признавать особенно перед младшими собратьями, что её довел до такого состояния охотник искусственного происхождения.
Эр тринадцать вытащил клыки из обмякшей и притихшей жертвы, он кинул на землю кольцо и наступил каблуком на него, раздавив. Тут же из шеи охотника отвалился серебристый ошейник. Эр тринадцать словил его на лету и раздавил рукой.
— Прости. Но Создатель запретил мне охотиться на людей, а вот про вас он ничего не говорил. Да и у тебя нет прав управления мной, — отчеканил киборг голосом, в котором сквозила механичность, вытирая рот от крови.
Задира ошарашенно смотрел по новому на кибер охотника. Вампир конечно слышал от подруги, что тот к такому способен. Но одно дело услышать, а другое увидеть. Ни один вампир не осмелился бы силой отнять у аристократки ещё и такой древней кровь. Она ведь разорвет наглеца на части, но в руках кибера почему то ведёт себя робко и тихо, а это пугало. Более того к своему ужасу Задира осознал кто перед ним. И от этого вампиру стало ещё страшнее. Ведь Задира осознал, как близко все это время возле него находилась опасность.
Боевой ангел потеряла дар речи. Она прикрыла ротик рукой, пытаясь не закричать от щемящей боли на сердце. Принцесса ведь запоздало поняла, кто вгрызается в глотку вампирше. Девушка ощутила себя обманутой, хотя понимала что сама такая же. Но все равно её переполнял ужас. Бедняжка запоздало осознала, что в любой момент ей могли также перегрызть горло или уничтожить.
У Реймонда от такого животрепещущего зрелища скользнул холодок по спине, а на голове вопросы зашевелились. Ведь у аристократов устоялось мнение в их исключительно высоком положении в пищевой цепи. Никто не мог на них охотиться, да и никто не осмелился бы. А тут какая-то механическая марионетка заставила перевернуться все мировоззрение старшего вампира. Более того он проглядывал некую иронию в том, что еда создала охотника, способного охотится на ее хищника. Этот киборг ломает всю систему и пищевую цепочку с таким трепетом установленную. Вот что пугало в этом зрелище Рэя. Теперь ему придется более серьезно отнестись к этому созданию. Реймонд посмотрел на массивный перстень и понял что не зря подзарядил артефакт жизненными силами той несчастной. Правда вампиру жаль расходовать ценную энергию, но он знал что сможет зарядить снова артефакт, благо наложниц у него хватает.