Мотоцикл привез людей в частный сектор, где уютные домики окутанные одеялом мрака мирно дремали. Нигде не горело в окнах свет, лишь фонари разгоняли черноту. Да за высокими парками лаяли собаки, учуявшие приближение байка.
Подъехав к двухэтажному, слегка потрёпанному временем, но сохранившему добротность домику, мотоцикл остановился. Алиса слезла с байка, сняла шлем, тряхнув огненными волосами, вернула Симеону его собственность. Куртку она тоже вернула, парень не настаивал на этом, просто девушка не знала, как объяснить тете появление у нее мужского предмета гардероба, еще подходящего не «хорошему» мальчику, а «плохому» парню. Тетя всех кто носит кожаные вещи, особенно черные, считает сатанистами и бандитами. А если обладатель мрачного цвета кожаной вещи еще верхом на байке, так вообще наркоман и уголовник.
Алиса еще раз пламенно поблагодарила Симеона, он попрощался и уехал прочь, девушка помахала ему вслед рукой. Еще немного постояв, Алиса как можно тише открыв калитку, ключом, вошла, вновь прикрыв ее за собой, стараясь, чтобы она не скрипнула.
Неудавшийся кавалер Алисы недолго расстраивался отказом девушки и отправился в ближайший бар. Он хотел там снять барышню, не обремененную моральностью, но красивых уже разобрали. Парень помянул несговорчивую рыжую ведьму пьяным матерным, ведь пока окучивал ее, другие кавалеры времени даром не теряли и разобрали красавиц. Пришлось подвыпившему Казанове на заплетающихся ногах выбираться из бара, пошатываясь и напевая разнузданную песенку, он брел к своей алой единственной любви. Молодой выпивоха кое-как добрел до машины, попутно сражаясь с воздухом, что отказывался его пускать к «малышке». Он не сразу заметил темный силуэт, облокотившийся об его автомобиль. Или может, незнакомцев было двое, молодой человек не мог определиться с этим вопросом.
Темный силуэт повернул светлую голову в сторону владельца машины, иронично изогнул бровь, морщась не то от вида пьяного мужика, не то от амбре, вылетавшего из недр его опьянённого организма. Человек в черном, скрестил руки терпеливо ждал, когда владелец машины проделает свой опасный и сложный путь. Мужчина оперся открытыми ладонями о прохладный метал машины и тяжело выдохнул, тряхнув головой. А потом промычал:
— Ты хто? Че надо?!
Человек в черном, смотрел отстраненным взглядом куда-то сквозь время и пространство. На его лице отобразилась печать мрачности достойная посланнику смерти. Он кинул ледяной взгляд на любителя выталкивать девушек из машины.
— Я пришел поговорить об Алисе. Точнее о том, что не следует девушек оставлять одних невесть где. Это может плохо кончиться. — Замогильным голосом проворил незнакомец.
Кавалер под мухой, тряхнув головой, видимо пытаясь согнать мысли в кучу, и вспомнив что-то, ответил:
— А это еще хто? А…та рыжая бестия! Вот же угораздило повестись на уговоры маман, что бы я ее еще когда-то слушал в плане девушек. Только время на эту упрямую козу потратил и деньги. Лучше бы потратил эти сто единиц на более сговорчивую девицу, что точно даст зеленый свет, так сказать. — И ехидненько захихикал, вглядываясь в свое отражение на стекле машины.
Парень в черном все также сохранил внешнюю невозмутимость, и с таким же спокойствием оказавшись рядом, схватил за шиворот мужчину, как шкодливого кота, прижал его к стеклу любимой машинки. Мужик тот час протрезвел и забрыкался, как ретивый конь, но хватка у человека в черном оказалась железная.
— Эй! Ты чего? Пусти! Мне больно! — Орал мужчина.
Незнакомец в черном, склонил голову набок и с таким же ледяным спокойствием как на лице, так и в голосе промолвил:
— Не ори, а то шею сломаю. — И в знак подтверждения незнакомец, ощутимее придавил добычу к стеклу, что опасно хрустнуло, а может это были и позвонки.
Любитель оставлять девушек посреди леса, притих, поняв, что незнакомец не шутит.
— Найдешь Алису и извинишься перед ней. Причем искреннее. И если я узнаю, что ты еще хоть как-то ей навредишь, или вообще еще раз кого не будь посреди леса оставишь…то в следующий раз в лесу оставят тебя…но по частям. Ясно? — Вкрадчиво, но четко проговорил парень в черном.