- Что мы сейчас будем делать?
- Допрашивать мою маму, - выдохнула я.
- Что-о-о?! – вскликнула Лили.
- Она и есть тот человек, который посеял в моей голове зерно сомнения.
- Каким образом.
- Своим поведением. Она стала очень подозрительной, навязчивой, постоянно ограничивает мою свободу, как будто боится, что со мной может что-то случится. Постоянно говорит, чтобы я оставалась дома и не общалась с местными. Кроме тебя, конечно.
Лили задумалась. Дойдя до дома, я обернулась и приложила палец к губам, приказывая ее быть тихой. Незаметно мы вошли. В доме стояла гробовая тишина, словно никого не было, но стоило нам подойти к гостиной, я увидела, как бабуля и мама, склонившись над столом, что-то внимательно рассматривают и обсуждают.
- Ты не понимаешь, - прошептала бабуля, - им нужна эта вещь…
- Ты думаешь, что они до сих пор ищут ее? Я на сто процентов уверена, что они уже забыли о ней. Сто пудов. Они думают, что убили его и избавились от проблем… - сказала моя мама, притихнув настолько, что дальнейшие слова я разобрать не смогла, но и произнесенных было достаточно.
- Последнее, что он сказал, - проговорила бабуля, вытирая слезы из-под больших очков, - «Все это похоже на комедию», и то, чем ты сейчас занимаешься, очень на это похоже. Хватит тревожить прошлое, милая. Его не вернуть….
- Я не могу оставить это все так! – ударила по столу мать и сжала голову руками.
Я уже хотела привлечь ее внимание, когда Лили зажала мне рот и повела обратно в коридор, где сказала:
- Не вздумай что-либо сейчас говорить или показывать, что ты все знаешь. Поняла?
- Но почему? – прорычала я, изо всех сил сдерживая себя. – Почему они все от меня скрывают?! Почему никто не хочет говорить мне правду?!
- А что ты можешь сделать в глазах сорокалетних людей, скажи, пожалуйста? В глазах своей мамы ты все еще маленький ребенок, за жизнь которого она будет бояться, пока сама не умрет. Нам все нужно сделать тихо. Если она заподозрит, что мы что-то знаем, - шептала Лили, успокаивая меня поглаживаниями, - она непременно обратиться к моему отцу, и мы с тобой будем связаны по рукам и ногам. Смекаешь?
Я кивнула головой. Крепко обняв меня, она подошла ко входной двери, тихо открыла ее и громко захлопнула.
- Мы дома! – бодро крикнула я, выжимая все из своих актерских способностей.
Бабушка с мамой притихли, а затем показались в коридоре, широко улыбаясь.
- Ну как матч? – радостно спросила мать, как будто она не сидела две минуты назад возле стола и не сдерживала рыдания.
- Зашибенно, - ответила я, повесив куртку на крючок. – Наши победили.
- Что-то я не слышу особой радости в твоем голосе, милая, - встревоженно произнесла мама.
- Все хорошо, я просто сильно устала, - слабо улыбнулась я, обняв ее.
Меня распирало, но я старалась оставаться максимально невозмутимой, правда, у меня это не очень хорошо получалось. Лили также обняла маму и бабушку, и я, сославшись на то, что нам с Лили еще нужно сделать домашку, поднялась наверх, где, ворвавшись в свою комнату, тут же с размаху опрокинула стул.
- Тише ты! – шикнула Лили.
- Не могу! – яростно прошептала я. – Как она может скрывать это все от меня?! Мне плевать, что она думает, будто я маленькая, потому что это далеко не так! Она сама знает, что я перестала быть е в тот день, когда увидела, как моего отца сбивает машина, мать твою…
Грязно выругавшись, я распласталась на полу и сделала глубокий вдох, чувствуя, как все горит внутри меня.
- Я не могу находиться сейчас здесь, понимаешь? – прошептала я. – Дела моего отца нет, мама и бабуля говорят такое...Я не знаю, что мне делать.
Лили легла рядом и прижалась ко мне, отчего ее кудряшки с ароматом кофе защекотали мой нос. Я чувствую себя такой беспомощной, что мне хочется кричать и крушить все вокруг. Почему в жизни все так сложно? Нет. Почему в моей жизни все так сложно? Мне необходимо понять, что происходит, необходимо разузнать все и решить, что делать дальше, потому что если это целенаправленное убийство, то я должна понять, зачем и кому это было нужно. Папа. Мой папа.
Я вспомнила его аромат, какими горячими были его руки, запах вишневого пирога по четвергам, как мы удили рыбу, как сидели на отшибе и жарили зефир на огне. Тоска заполнила мое сердце.