Я увидела, как побагровело лицо Темпла, как налились кровью его глаза и как вздулись вены на шее – на миг мне показалось, что он сейчас убьет своего отца, и тогда я пнула дверь шкафа, затем еще раз. Словно очнувшись, он ослабил хватку, встал со своего отца, помог ему подняться на ноги и сказал:
- В следующий раз я не остановлюсь и убью тебя.
- Посмотрим, щенок, - рассмеялся мужчина, разминая руки. – Удары у тебя хорошие, сильные, могут убить любого, но не меня. А знаешь почему?
Темпл ничего не ответил, посмотрев на меня.
- Потому что ты любишь меня. Ребенок всегда будет любить своего родителя, своего отца. Признай это.
Словно ничего не было, он потрепал Темпла по щекам и поцеловал его в щеку, а затем вышел из комнаты, хромая на одну ногу. Когда дверь закрылась, я вырвалась из шкафа и бросилась к Темплу, едва скрывая дрожь в руках.
- Прости, - глухо прошептал он, отворачиваясь от меня и сжимая руками глаза. – Я не хотел, чтобы ты видела это.
- Темпл, - позвала его я, сдерживая рыдания.
- Прости меня, прости…
Его плечи затряслись, и я заплакала, прижимаясь к нему со спины, пытаясь забрать всю ту боль, что он испытывал. Но я не могла. Эти раны были слишком глубокими, даже для меня.
Глава 23
Есть что-то такое, что невозможно объяснить. У меня такое часто бывает с чувствами, с состоянием, которые овладевают мной время от времени. Грусть растекалась по телу, вызывая также тоску и бессилие. Я сидела около него, смотрела на небо, усеянное звездами разной величины – они светились так ярко, что мне казалось, будто это фонари, находящие на улицах города. Он держал меня за руку, мягко касаясь пальцами моей ладони и водя по ней кончиками.
Мне было страшно смотреть на него, потому что я боялась увидеть в его глаза океан прожитой боли, которую я не в силах заставить исчезнуть. Темпл открыл дверь балкона и на нас налетел прохладный ночной ветер, который тут же спутал мои волосы, отчего он слабо улыбнулся. Подойдя ко мне и опустившись на колени, он протянул руку к моим локонам и принялся распутывать их, а затем убрал передние пряди за уши.
- Спасибо, - еле слышно произнес Темпл.
- За что? – удивилась я.
- За то, что ты рядом.
На душе стало необъяснимо тепло.
- Друзья должны быть рядом и в горе, и в радости.
- Нет.
- Что?
Он повернулся ко мне и проникновенно посмотрел мне в глаза.
- Мы с тобой не друзья.
Печаль обожгла меня, словно пламя.
- Ох, ну…, - я расправила плечи, отвернувшись от него. – Это твое право. Если ты не хочешь…
Темпл взял меня за руку и повернул к себе.
- Ты меня неправильно поняла, - он коснулся моей щеки. – Мы с тобой не друзья, потому что друзья не испытывают тех чувств, которые мы с тобой ощущаем по отношению друг к другу. Правильно?
Я кивнула головой.
- Тогда кто же мы?
- Влюбленные, Арвен, мы – два соединившихся космоса.
Я смутилась, ощущая, как горят моя кожа вплоть до кончиков пальцев, и опустила голову, когда Темпл поднял ее и вновь посмотрел мне в глаза, отчего все внутри меня замерло.
- Не стесняйся этого. Это мои чувства и твои. Надеюсь, конечно, что ты испытываешь ко мне хоть что-то схожее с моими.
Он усмехнулся, и я прижалась к нему, слушая, как стучит его сердце. Темпл был таким огромным и теплым, что мне не хотелось отрываться от него. Хотя на самом деле я не хотела отрываться от него по другой причине.
- Я хочу тебе кое-что сказать, - начала я, не глядя на него. Его пальцы мягко разглаживали мои волосы, и эти успокаивающие движения расслабляли меня, - ты очень важен для меня. Несмотря на то, что наши с тобой отношения начались не самым хорошим образом, я испытываю к тебе самые нежные чувства и ценю то, что ты есть, особенно в моей жизни.
Рука Темпла замерла, и весь он сам словно оцепенел, а затем он обхватил мое лицо обеими ладонями и привлек к себе для самого нежного поцелуя в моей жизни. Он обращался со мной так, словно я была хрустальной вазой, которая могла разбиться от порыва ветра, целовал так мягко, так сладко, что я чуть не заплакала от обуреваемых эмоций, чувств и ощущений. Его руки мягко поглаживали мое лицо, шею, плечи, талию, едва касаясь, невесомо, словно вуаль. Когда мы закончили, Темпл прикоснулся губами к моему лбу и запечатлел на нем поцелуй.