Время принялось затягиваться в бесконечную петлю, как вдруг, сквозь кровь, шумящую в ушах, пробился жалобный плачь.
Алиса расслабилась, прислушалась. Да, кто-то действительно плачет, стонет, подвывает на лестничной площадке.
- Мама? - губы шевельнулись непроизвольно, беззвучно.
Краешек одеяла отогнулся, судорожно зажатый трясущимися пальчиками. Девочка выглянула из укрытия, нерешительно оглядывая пустую комнату. Дверь чуть приоткрыта, женский плачь доносится отчетливее.
- Мам, это ты?
Стон, мученический, изломанный, разрезал пространство с новой силой. Алиса вздрогнула, откинула пуховый прямоугольник. Вскочив на ноги ринулась к выходу. На пороге притормозила, страшно, все таки мать не откликнулась на зов.
Потоптавшись на месте глянула на узкий проем и, решившись, потянула дверь на себя. Мрак в коридоре ощущалась густым, вязким киселем, сквозь который сочился все тот же плачь, теперь тихий, по прежнему страдальческий.
- Почему ты плачешь? - выдохнула Алиса, всматриваясь в черноту.
Привыкшие к темноте глаза вычленили едва уловимый светлый силуэт. Будто вытянувшееся паровое облачко образ покачивается, вздрагивает.
Внезапный яркий всполох распорол тьму, осветив коридор на краткий, показавшийся вечностью, миг. Алиса застыла, в упор глядя на вырисовавшийся в силуэте образ. Женщина со смоляными, растрепанными волосами, взмокшими от пота на лбу и висках, прислонилась плечом к стене. Дрожащие ладони прижаты к огромному выпуклому животу, распирающему белую ночную рубашку. Весь подол сорочки от развилки меж ног, до самого пола темнеет сплошным багровым пятном. Кровавые следы тянутся по паркету в разных направлениях, словно беременная долгое время ходила взад-вперед, неосознанно усиливая кровотечение.
Свет померк, растворив жуткое видение во мраке. Алиса судорожно втянула ледяной воздух в скукоженные легкие, страх переполнил чащу рассудка. Сделав крохотный шаг назад она пошатнулась. Незримая волна накатила внезапно, сшибла с ног, подхватила. В бездонные глубины беспамятства девочка погрузилась стремительно и бесповоротно.
Глава 4. Новые знакомства
Буря утихла лишь под утро. Золотисто-алое, светлое накрыло веки, обозначились тоненькие красные ниточки прожилок. Кожаные пластинки, будто водой напитанные, тяжело поползли вверх. Белый потолок, размытые тени голых ветвей мерно колышутся на плоскости розово-зеленых стен.
Алиса моргнула, села, тупо уставившись в пространство. Руки ощутили мягкое, с удивлением поняла, что проспала на ковре всю ночь. Вскинула одну бровь, смутно припоминая, что упала без чувств у двери, но как оказалась на мягком покрытии так и не поняла.
Резко дернувшись скривилась, в висках застучали крохотные молоточки и память услужливо воскресила события вчерашнего вечера. Ладони мгновенно вспотели, дыхание участилось.
Быстро поднявшись вышла в коридор, взгляд упал на пол. Паркет чист: крови, следов, луж, пятен, совершенно ничего нет. Ноги понесли к месту, где привиделась женщина. Остановившись рядом со стеной поколебалась, затем, медленно присев на корточки, принялась вглядываться в щели между тонкими, отшлифованными дощечками.
Глаза ее вдруг неверяще расширились, даже наклонилась сильнее. На полу едва уловимо можно различить неровный круг, щели в радиусе которого темнеют черно-багровыми полосами. Как раньше не заметила, оттирая покрытие от грязи и пыли? Кровь так сильно пропитала клочок паркета, что даже десятилетия не стерли свидетельства жуткого происшествия, некогда случившегося на этом месте.
Громко хлопнула входная дверь. Алиса вздрогнула, оглянулась.
- Лиска? - встревоженный голос долетел с первого этажа.
- Мама? Мама!
Радостно взвизгнув девочка помчалась вниз по ступеням. Лиана вобрала в объятия, судорожно вцепившуюся в нее, дочь, облегченно вздохнула.