Глава 20. Час-пик для конкурентов-2
Сижу в своей комнате в условном одиночестве и обреченно смотрю на дверь.
Герман с одним охранником переместились к внутренней стене за предусмотрительно открытую входную дверь. Бейбарыс на пару с другим охранником отправился патрулировать окрестности подъезда с наказом возвращаться в общагу только после сигнала.
А мне во всем этом спектакле снова достается злосчастная роль. Заранее во всем виновного козла отпущения. Роль немой куклы, что приносит несчастье тем, кого хотела бы защитить…
Какая же я дура!
Решила, будто способна обыграть приемного папашу на его поле. Понадеялась, что рядом с Батяниным это будет гораздо проще из-за болезненно глубокой ненависти Германа к нему. И слишком расслабилась на свою голову.
Интересно, собирается ли что-нибудь предпринять тот тип, младший Медведский, после моего предупреждения?.. Хотелось бы надеяться, но реально рассчитывать на него - глупость. Уж лучше считать, что все мои слова для него остались простым шумом изо рта и любопытным, но ничего не значащим эпизодом.
Где-то в подъезде хлопает дверь.
Она всегда так хлопает из-за сломанного доводчика, и к этому все жители уже привыкли - в том числе и я сама. Но сейчас от этого звука меня пробирает колючая дрожь. Не знаю почему, но я на все сто процентов уверена, что это Короленко. Хотя можно было бы предположить и какого-нибудь случайного соседа по подъезду, выбравшегося с утра в магазин за продуктами. Даже малюсенького сомнения не возникает.
Пальцы сами собой сжимаются, впиваясь ногтями в потертую обивку старенького дивана. Он достался мне от старых хозяев с целой коллекцией намечающихся прорех по кромке сиденья. И, кажется, прямо сейчас на нем появится еще одна, самая значительная.
Тяжелые шаги всё ближе и ближе.
Сначала по лестнице…
Затем - по общему коридору со скрипучим волнистым линолеумом…
И наконец в дверном проеме, словно в огромной картине с облупившейся деревянной рамой, возникает высокая широкоплечая фигура в темно-коричневой кожаной куртке и свободных черных штанах. Должно быть, Короленко после перелета даже не успел никуда заехать, чтобы переодеться. Сразу поехал из аэропорта по адресу, который ему скинул Герман с моего телефона.
Сердце колотится в груди.
Я парализована страхом и не могу пошевелиться. Только отчаянно смотрю ему прямо в глаза, надеясь, что сработает какое-нибудь чудо. Физиогномика… мимика… шестое чувство.. да хоть метафизическое чтение мыслей, в конце-то концов!.. что угодно, что заставит мужчину, к которому я более чем неравнодушна, быть осторожным и выйти невредимым из ловушки Германа!
Короленко сразу же впивается в меня пронзительным жестким взглядом. Он оглядывает целиком, сверху донизу, явно желая определить мое состояние - в первую очередь телесного здоровья.
Ну еще бы! После того голосового сообщения со звуками пощечин и моими жалобными просьбами “перестать” самое малое, что могло бы прийти в голову, так это сцены физических издевательств. Вплоть до последующего избиения за кадром.
Наконец, удостоверившись, что я жива и вроде бы здорова, Короленко дергает щекой и резко предлагает:
- Говори, что хотела. Покороче и без ребусов. Ты здесь одна..?
Я нервно сглатываю. Изо всех сил стараюсь показать глазами, что в комнате посторонние, и кошусь на дверь, прикрывающую Германа с охранником. Но Короленко в этот момент уже прервал наш зрительный контакт. Он подозрительно осматривает комнатку и делает шаг к моему дивану.
- Почему встреча именно здесь, у тебя дома?
- Какой правильный вопрос, Артур Георгиевич! - дверь резко захлопывается за его спиной. - И какой своевременный!
Короленко застывает на месте неподвижной скалой. Потом медленно поворачивает голову в ответ на вальяжный выход Германа. Охранник стоит почти вплотную позади, тыча в лопатки долгожданной жертвы стволом пистолета.
- Избавь его от оружия, даже если это зубочистка, - лениво приказывает охраннику Герман. - Нам сюрпризы не нужны. - Затем с жутким ласковым холодом улыбается помрачневшему Короленко и переводит взгляд в мою сторону. - Наша девочка так старалась устроить эту встречу, не расстраивай ее… Кстати, забыл сказать тебе спасибо, Яночка. Ты, как всегда, очень мне… полезна.